Автор
Раненый титаническим размером зверь шёл по лесу. Его толстая шея двигалась с мягкими вибрациями, словно корабль на державных волнах. Люди-охотники сильно ранили его ногу, покрытую коричневой кровью. Страх и усталость сопровождались невероятным чувством удивления от незнакомого мира....
Но им ещё тогда крепко объяснили, в чём они неправы…
— А теперь они, значит, к «кукушатам» на службу ломанулись! — понятливо кивнул я, проигнорировав тот факт, что слово на «к» вызвало неоднозначную реакцию у проходивших мимо лидеров групп. — И как всё это сборище называется?
— Сказали, что «силы безопасности Алтарного», — ответил Тихон. — Я хотел Иваныча найти… Спросить у него, разрешал ли он такое безобразие организовывать. Но его нигде нет, хотя вон Ряба уже давно у трибуны трётся…
Я пожал плечами, показав, насколько мне безразличны подобные «вотэтоповороты».
А они этого делать не собирались. Сама мысль о том, чтобы встать вровень со всеми, вызывала у «кукушат» жгучее отторжение.
Вот только реальный мир был совсем не таким, каким казался им из своего лагеря. И большую часть полезных дел в Алтарном давно уже выполняли другие люди. И кто-то из «кукушат» это, видимо, даже понимал.
А раз нельзя тыкать в нос окружающим пользой, которую ты принёс городу, и опираться на закон — тогда, наверно, можно тыкать в носы оружием, а опираться на штыки.
Логика тут, конечно, сильно хромает… Но если люди умудряются превозносить себя за чужие достижения, то надо просто смириться с тем, что картина мира у них в голове кривая и косая. Причём настолько, что допускает передачу власти их группе просто по факту появления у них вооружённой охраны.
— Пошли, сядем где-нибудь… — предложил я. — Чего тут маячить-то? Это, кстати, все участники? Или ещё будут?
— Да шут их знает! — Тихон поморщился.
— Там их человек тридцать, — на глазок прикинул я. — Не жирно им будет?"
"— Ничего нового ответить тебе не могу. Шут их знает. Может, раньше их тоже столько приходило… — Тихон кивнул в сторону свободных мест повыше.
