Автор
Раненый титаническим размером зверь шёл по лесу. Его толстая шея двигалась с мягкими вибрациями, словно корабль на державных волнах. Люди-охотники сильно ранили его ногу, покрытую коричневой кровью. Страх и усталость сопровождались невероятным чувством удивления от незнакомого мира....
— Или ты просто радостно меня похоронил, как только твои дружки всё тебе донесли?
Наверно, в последний раз над этой частью скалы, где приютилось Алтарное, такая тишина была ещё до прибытия колонистов…
Над стеной снова показалась голова Льва, который долго всматривался в ожившего мертвеца. Видимо, не верил в то, что видит его своими глазами.
— О-о-ольша? Это ты? — наконец, неуверенно спросил он.
— Нет, ля! Жена твоя! Глаза разуй, кротяра слепой!.. — не удержался Мелкий, а потом драматично уставился на стену.
После чего посмотрел себе под ноги и радостно заорал:
— Земля!!! Землица!!! Не верю своим глазам!
— Ха-ха-ха! Всё-всё, Мелкий, дорогой, спасибо!.. — Ольша смеялся вполне искренне и от души. — Лёва! Ты когда подался в Капитаны Очевидность? Или мне пару интересных историй рассказать из твоей деятельности, чтобы доказать, что я — это я?
— Не ожидал тебя увидеть живым… — осторожно заметил Лев.
— Оно и видно, что не ожидал! — покивал Ольша.
— Ты можешь зайти! — предложил Лев.
— Ноги моей не будет в лагере, пока моего убийцу не выдадите! — с отчётливо шекспировскими интонациями отрезал Ольша. И даже повернулся невзначай: мол, оценила ли публика. — Где Баринов и Синицын?
— Мы не выдаём своих! — насупился Лев."
"— Значит, свои для тебя — это те, кто воткнул мне ядовитый шип в плечо, приложил по затылку и оставил связанным умирать в подсобке мэрии? — громко удивился Ольша. — Вот это… Не новость! Но вообще-то, Лев, их требую выдать я! А я — пока ещё часть группы!
— А зачем ты привёл чужих под стены? — возмутился Лев.
— Какие же мы чужие? — удивился я. — Мы самые что ни на есть свои!
— Вано, катись на буй! — огрызнулся Лев, а потом замер, нервно глядя на ящик, который передал мне Трибэ. — Как? Откуда?..
— Во-о-от! Видишь! — обрадовался я. — Я всё-таки свой!
— Да, я так и знал… Деньги для тебя, Лёва, всегда были ближе людей из нашей группы! — добавив в голос трагизма, поддержал меня Ольша.
— Это наша казна! Верни! — бешено сверкнув глазами, потребовал Лев.
— То есть, ты признаёшь, что деньги в этой коробке — твои? — ухмыльнулся я.
— Да! — заорал Лев.
— Скажи-ка мне, Лев! А почему твои деньги я нашёл у людей, которые похитили вот эту девушку? — я поманил рукой Таню.
И когда она вышла и сняла шляпу, откуда-то сзади раздались иностранные ругательства. Видимо, кто-то из учёных тоже пришёл посмотреть бесплатный концерт.
