В большой комнате перед глазами начинают вращаться светящиеся точки и волны, создавая невероятную атмосферу хаотичности и опасности. Жесткий мужской голос требует внимания, но девушка изображает спокойствие, будто знает, что это не настоящий риск. Она медленно приближается к толстому немцу, отчаянно надеясь на благоприятный исход....
Мужик опешил, кинулся узнать, что за засада! Около стоянки крутился мент, тут же подошел к нему:
— Ваша машина?
— Моя! — дальше понесся непередаваемый эмоциональный монолог в адрес службы эвакуаторов. — Я же нормально, на парковке припарковался!
— Не надо возмущаться, — спокойно и строго сказал мент. — Машина числится в угоне.
Вот теперь Денис действительно опешил. В каком угоне? Он же ее с салона брал!
Только собрался устроить разборку, но вспомнил про Наташу.
— Подождите одну минуту, мне нужно отдать лекарство.
В номере задерживаться не стал, только отдал Наташе лекарства, предупредил, что сейчас еду принесут, чтобы поела и побежал разбираться. Он уже был в дверях, как Наташа все же высунулась из спальни и окликнула:
— Денис, что случилось?"
"— А… — тормознулся он. — Да ерунда какая-то! Мол, машина в угоне числится.
— Поняла, — прошептала Наташа, мрачнея от тягостных подозрений.
Видя, что она совсем с лица спала, велел:
— Закрой за мной, и марш в постель. И поешь, а потом спать.
Еще раз оглядел ее, перед тем, как уйти. Не нравилось ему это затравленное выражение лица, но надо было бежать выручать аудюху.
То, что с Денисом сейчас случилось — страшный сон любого автовладельца — известие о том, что его машина ворованная. И всегда это происходит совершенно неожиданно. Однако он хорошо знал, главное в этом деле — не паниковать. Могла произойти ошибка. А если не ошибка… У него аж шерсть дыбом встала на загривке, неужели Гамовские штучки? Сразу припомнились его вчерашние угрозы.
Он тряхнул головой, отгоняя дурные мысли. Хрена с два! Не на того напали.
Денис знал, что иногда машину удается забрать под расписку, но такое случается крайне редко. И потом, был бы он у себя дома… а тут, блллин! Так и тянуло на ненормативную лексику.
Снаружи его ожидал вежливый мент.
