В большой комнате перед глазами начинают вращаться светящиеся точки и волны, создавая невероятную атмосферу хаотичности и опасности. Жесткий мужской голос требует внимания, но девушка изображает спокойствие, будто знает, что это не настоящий риск. Она медленно приближается к толстому немцу, отчаянно надеясь на благоприятный исход....
По дороге к портнихе Вероника спросила мать, как бы между прочим:
— Ма, а почему мы остановились в гостинице? Можно же было у дяди Жоры, там мои…"
"— Дочь… — помедлила Наташа, — дело в том, что у дяди Жоры и без того гостей полон дом. А во-вторых, мы с тобой подружки невесты и должны быть с родней невесты.
— Понятно, — проворчала девочка.
К родне невесты они точно не поедут, потому что туда тоже понаехали родственники. И встретить среди всех прочих семью отца, которому Инга приходилась то ли троюродной племянницей, то ли тетей, ей совершенно не хотелось.
У Алены к моменту их появления уже было расчищено поле деятельности, а вид, словно у гладиатора, выходящего на арену Колизея, чтобы… Чтобы победить окончательно и бесповоротно. Вообще-то, эта идея пришла Наташе в голову спонтанно. Понятно же, что путное платье сшить за день невозможно, а уж тем более два. НО. Но…
Прежде всего, они приобрели два изящных черных корсета, расшитых бисером и стеклярусом. А потом еще много-много черного фатина и органзы.
Примерно час шел худсовет, потом прикидки, потом собственно пошла работа. Первой шили платье для Вероники. Пробный шар. Собственно говоря, работа Алены состояла в том, чтобы соорудить многослойные пышные юбки из воздушного фатина, атласа и переливчивой органзы, а потом собрать их в одно целое с корсетом. Кринолин пошел от другого платья, которое еще дожидалось своей очереди.
В итоге вышло очень готичное воздушное платье невесты, только черного цвета. Юбки для Вероники сделали такой длины, чтобы они оставляли открытыми лодыжки. Образ довершала небольшая вуаль из черного фатина, которую надо было крепить к высокой прическе аккуратным аграфом с черным пером.
Первая же примерка вызвала вздох восхищения. Это был самый настоящий черный лебедь. Алена даже пробормотала:
— Ах-ах-хааа… Майя Плисецкая…
Итак, идея оказалась гениальной.
Если Вероника была просто черным лебедем, то из Наташи получилась Одилия.
Прощаясь с Аленой уже поздно вечером, Наташа все извинялась, что они ее замучили, но та только хмыкнула:
— Ерунда! Черный Лебедь теперь будет хитом свадебного сезона!
— Ой, — закатила глаза Наташа. — Ну, это да.
— Ната, будут идеи — сразу ко мне, — на том и попрощались.
