Антонина Скворцова вспыхнула, пряча глаза от упрека завлаба Тюлькина. В лаборатории шёпотом обсуждали неожиданный результат эксперимента над "дублёры" невесты — так называемое конкурсное задание. Но теперь Антонина чувствовала себя зачарованной и независимой, словно стекла в грандиозном зеркале, подвергаясь неожиданным превращениям....
Похоже, «Дублёрша невесты, или Сюрприз для Лорда» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Про статусность и эксклюзивность представленной работы.
— Ах! — воскликнула барышня. — Да ведь это именно то, что я искала! Тебе нравится, дорогой?
«Дорогой» улыбнулся какой-то неровной улыбкой и покосился на ценник.
— Ах! — ещё раз на всякий случай восторгнулась барышня, но её спутник продолжал тоскливо разглядывать нули на ярлычке со стоимостью.
Тогда она подхватила его под руку и потащила в сторонку, на ходу обращаясь с просьбой к Камилле:
— Отложите, пожалуйста, товар для нас. Мы на минутку. Посовещаться.
Они остановились за лотком Тони, и ей пришлось стать невольным слушателем их совещания.
— Ты что, дурень, ничего не понял? — прошипела барышня. — Не видел, разве, что Лорд купил у девушки платок? Это и есть его новая фаворитка. Когда станет его женой, мы эту скатерть в три раза дороже перепродадим.
Парочка вернулась к прилавку Камиллы и «дорогой», он же «дурень», безропотно отсчитал кругленькую сумму. Казалось, Камилла сама не верила своему успеху, принимая стопку купюр от толстячка.
Тоня, конечно, больше болела за Николь. Но ничего. Камилла тоже очень приятная приветливая девушка. Которая, надо признать, заслужила победу.
Еремей прибыл с новой порцией напитков как раз вовремя. Пустые графины уже поджидали, когда их наполнят. Он выгружал лимонады и морсы, поглядывая на Тоню. Она подмигнула ему: мол, пора начинать операцию.
Сильные руки моряка вдруг дрогнули, когда он опускал бидон с напитком на столик.
— Ох ты ж лысый гриф с ядовитых скал меня побери! — с досадой выпалил Еремей. — Испортить паруса такой каравелле!
Он вынул из кармана платок и попытался промокнуть им расплывающееся на груди пятно, вгоняя «каравеллу» в краску.
За живописной сценкой с любопытством наблюдала вся очередь за напитками. А когда Еремей сопроводил свои действия новой порцией забористых ругательств, подтянулись и другие покупатели, которые прогуливались у соседних лотков.
— Колючку гигантского кактуса мне в ботинок, сударыня! — Еремей продолжал самозабвенно «работать» с пятном.
