Пригласил нас с Шарлотой сегодня вечером в кафе, чтобы обсудить возможность сотрудничества. Попросил взять с собой все расчёты и эскизы. Линди! – Николь схватила Тоню за руку. – Боюсь загадывать. Наверно скажу сейчас какую-то глупость, но вдруг он предложит помощь с финансированием таверны?
Глядя на затаившую дыхание подругу, Антонине очень хотелось сказать, что так и будет. И она даже сказала, но предупредила Николь быть осторожной.
– Если речь зайдёт о подписании какого-нибудь документа, читай всё внимательно. Особенно то, что будет написано меленькими буковками.
Хотя кого она учит? Николь, конечно, выглядит милым и наивным ангелочком. И так оно и есть: преданная, добрая, умная, стойкая, но вот только слово наивная можно смело вычеркнуть.
Они разговаривали недолго – Николь пора было бежать готовиться к своей первой деловой встрече.
– Удачи! – пожелала Тоня.
– И тебе, – подруга стиснула руку. – Я пыталась считать, сколько купили у Хлои и у тебя. По моим прикидкам – почти поровну.
Подруга есть подруга: и надежду подарила, но и правду не утаила, чтобы Тоня была готова к любому результату.
Еремей весь вечер был рядом. Не позволял вставать и обеспечил мёдом и чаями, приправленными флотскими историями. Тоня слушала его вполуха. У неё сердце замирало от мысли, что если проиграла конкурс, то уже сегодня им с Еремеем придётся отправиться восвояси, и она больше не увидит Максимилиана. Хотя какая разница? Не сегодня, так завтра или послезавтра. Белинда ведь вот-вот появится. Но глупое сердце не слушало доводы разума. Оно вымаливало ещё хотя бы один день.
До назначенного на восемь вечера объявления результатов оставался час, когда в апартаментах Антонины появился Максимилиан. Она поняла, что это он, ещё когда услышала шаги в коридоре. Решительные и твёрдые. Тоня вдруг струсила. Что Макс намерен делать? Заранее объявить итоги конкурса? Это ещё было бы полбеды. Что если он собирается завершить разговор, который так и остался неоконченным?
Тоня вжалась в подушки. Опять этот страх встретиться с ним взглядом. Минуту назад умирала от мысли, что придётся расстаться, а теперь наоборот мечтает стать для Макса невидимкой? Хоть бы уж определилась, хочет видеть его или нет. Она заставила себя поднять взгляд и как всегда утонула в его красивых глазах. Да, она хочет. Хочет этой сладкой пытки – забывать, как дышать, когда он смотрит на неё.
– Элиот доложил, что у вас опять был приступ головокружения, – Максимилиан подошёл к кровати.
– Всё нормально, милорд. Просто перегрелась на солнце.
Антонина удивилась, как у неё получается говорить. В горле горело. Чашка, которую держала в руках, уже была пустой. А Тоне хотя бы глоток жидкости.
Моряк подвинул Лорду кресло. Но тот не воспользовался предложением.