Мы пересеклись в одном тихом кафе на Варварке, немного пообщались и расстались вполне довольные друг другом. Вот только ушел я с той самой встречи не один, а с «хвостом»: двое ребят старательно довели меня до дома, во дворе я принялся оглядываться, а они поступили в лучших традициях «наружки», то есть не стали наглеть.
Я поступил точно так же, вот только не стал экономить и нанял целую бригаду из числа отставных сотрудников знаменитой комитетской «семерки»[1], те грамотно пропасли клиента до места ночлега и после этого еще целую неделю шлялись за ним как привязанные.
Почувствовал ли он наблюдение? Нет конечно, «семерка» в прошлом и не таких ухарей водила, а мастерство, как известно, не пропьешь, сколь ни старайся.
В результате той нашей встречи без галстуков ему стал известен (пусть и не полностью) только адрес специально снятой для этого дела квартиры. Я же узнал много, много больше. Деды из бывшей серьезной службы бывшей крутой конторы постарались на славу и отработали каждую копеечку.
Почему он решил меня именно сдать, а просто не проплатил «десятку», а то и «пятерку» вечнозеленых какому-нибудь отставному биатлонисту? Понятия не имею и даже не хочу об этом задумываться.
Просто уверен, что если бы задержание все-таки состоялось, шансов остаться в живых у меня бы не было.
Кто-нибудь из группы захвата или оперов обязательно открыл бы огонь на поражение и вряд ли промахнулся бы. Такие вот дела.
Я достал из кармана трубку, мой дорогой работодатель, или, как сейчас принято говорить, менеджер, проявился после третьего длинного гудка.
– Алло, это вы? – ударил в ухо дробный тенорок.
– А кого вы ожидали услышать? – с искренним удивлением отозвался я. – Монику Левински? Вы вообще собираетесь приезжать на встречу или перенесем ее поближе к Новому году?"
"– Бога ради, извините, попал в пробку, буду на месте буквально через пять минут.
– Поторопитесь, – ехидно молвил я и отключился.
Помнится, в нашу первую и, как оказалось, последнюю встречу он много говорил о грядущем увеличении объема работ и навязчиво предлагал своих людей в помощь.
Я отказался, сообщив, что привык работать исключительно в одиночку, и был, мягко говоря, не совсем правдив. Все свои самые удачные дела во время службы я провернул вместе с напарником, да и сейчас завел себе, пусть и временного, но помощника. Кое для кого это окажется большим сюрпризом.
Я опять взял трубку и набрал номер:
– Где он?
– На даче. Мои действия?
– По основному варианту.
– Понятно.
– Доложишь по исполнении.
