Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа — читать онлайн бесплатно полностью

И был Шопен, хрустальный, невесомый, совершенно весенний, звенящий под пальцами Люки Дебарга. Дуня просидела, не шелохнувшись, почти весь концерт, лишь пару раз бросив украдкой взгляд на Идею Ивановну, чей четкий профиль красиво выделялся в полутьме зала. Она слегка покачивала головой в такт музыке, словно там, на сцене, выступал ее ученик. Дуняша подавляла улыбку и вновь обращала взгляд на сцену. Ваня же на протяжении всего концерта не выпускал из своей руки пальцы Дуни. Им так было здорово - сидеть, взявшись за руки, и слушать музыку.

Розы Люке после того, как программа была закончена, дарила Идея Ивановна. Вручая цветы, она что-то сказала музыканту, и он что-то ответил. На свое место Ида возвратилась слегка раскрасневшаяся и счастливая.Это был замечательный день, который совершенно не хотелось завершать. Все желали хоть на немного продлить волшебство октябрьского вечера, поэтому Ваня после концерта завез своих дам в кофейню, где заказал им... шампанского.

- Как вам манера исполнения Люки, Евдокия? - начала вежливую беседу Идея Ивановна, пригубив прохладное игристое.

- Если бы Дебарга можно было сравнивать с живописью, то я бы сказала, что он - акварель.

Ида наклонила голову и вдруг пытливо посмотрела на свою собеседницу, словно оценивала:- Акварель? Возможно. Но почему именно живопись? Вы рисуете, Евдокия?

- Каждый, закончивший архитектурный институт, хоть немного, но умеет, - Дуня сделала глоток. - Просто музыка рождает ассоциации, и ее можно переложить на цвета, живопись, даже литературу, - она тоже посмотрела пытливо. - Разве нет?

Все же легкий дуэльный кодекс в их отношениях остался.

- Можно. И нужно. Тут уж кому что ближе. Мне бы и в голову не пришло сравнивать музыку и живопись, - тут Идея Ивановна задала вопрос, которого Дуняша никак не ожидала: - А, может быть и конкретная акварель... появилась в голове при прослушивании?

Вопрос оказался очень интересным и застал врасплох. Ида неторопливо отпивала из фужера и с удовольствием наблюдали за лицом своей визави. А Дуня усиленно думала.

- Нет... - наконец медленно начала говорить она. - Нет... конкретных не было, но вот вы сейчас сказали... и, знаете, вспомнила о Сурикове. Он в первую очередь известен «Боярыней Морозовой», а ведь у этого художника совершенно чудесные путевые акварели. Он так красиво писал Италию... по которой совершала путешествие и Жорж Санд.

Дуня дала понять, что прочитала подаренную книгу, и Ида довольно вздохнула. По итогу разговора вырисовывалась ничья."

"Ваня, перестав вертеть в своих руках бокал, посмотрел сначала на одну женщину, потом на другую и, наконец, сказал:- Знаете, девочки, вы друг друга стоите.

И девочки, услышав это замечание, абсолютно одинаково закусили губы, что еще больше повысило его и без того хорошее настроение.