Автор
По автостопу до бара я наводниваюсь возмущенным видом. Встречаю подруга за столиком в углу и сразу обзываюсь ей о том, что меня беспокоит по поводу её сестры. Тут же начинаются смехи и хихики от других друзей, готовых выслушать моё предположение.
Вспоминается случай, как мы немного надрались с ней у меня дома, и она, еле ходящая, вокруг меня лежащей круги наворачивала, с сантиметром в руках. А потом, используя нецензурную брань, излагала своё возмущение на тему «Одним всё — другим ничего». А «уразумили?» это излюбленный вопрос моей преподавательницы по гистологии, с которой волею судьбы Наташа имела честь познакомиться тоже, много лет тому назад.
— Как же я тебя люблю, родная, — собравшись с силами, обнимаю и шепчу ей в плечо.
— Спасла тетку на свою голову.
От неожиданности у меня глаз дергается, мы тему нашего знакомства не обсуждаем никогда, даже под градусом. Для всех мы как — то случайно пересеклись в общей компании.
— Давай, раздевайся. Сейчас нарядим тебя. Ты какая — то странная. Красивых шмоток в шкафу, больше чем у меня мужиков за всю жизнь было, а ходит в мешках их под капусты.
Она тараторит быстро, бегло пальчиками перебирая мои вещи, весящие в шкафу на вешалке.
— Плохое сравнение? — уточняет.
Я несколько раз киваю.
— Чем волос на голове… тоже не огонь. В общем, много бабла тратишь, а толку нет.
Заканчивается все тем, что она подбирает мне полностью черный образ, из топа, коротких шорт и удлиненного пиджака. Такое чувство, что последний элемент позаимствован из гардероба Бори, потому что не жакет, от слова совсем, а именно пиджак.
— Нат, я даже не скажу, что шорты слишком короткие. Чуть длиннее трусов, — в ответ она цокает. — Но я так элементарно замерзну. Пощади!
— Согреют, — ох уж эти её томные многозначительные взгляды.
— Папа убьет, — продолжаю.
— Его я беру на себя, — что есть, то есть. Они спелись.
— Мама убьет.
Ната рот приоткрывает так, что он букву «О» образует, и со смешком вдыхает:
— Да она только рада будет, как и Аня. Неужели вчера не заметила?
Да как не заметить, когда первому же появившемуся в доме «купцу» нахваливают цветочек свой аленький, словно он лекарство от рака — только возьмите.
По Калининграду ходит «полуголой» для меня в новинку. Дюже волнительно. Благодаря задору Кира, все мыли в этом направлении, из головы улетучиваются. Нам снова просто весело и легко. Он словно мужская версия моей Натали."
"Я и спонтанность — диаметрально — противоположны.
