Очаровательная блондинка из состоятельной семьи поступает в престижную академию столицы. Избалованная и наивная, она оказывается совершенно не готова к реальной жизни и её суровым испытаниям. Впереди её ждут неожиданные открытия, верные друзья и возможность стать по-настоящему сильной и...
Девушки к своим нарядам весьма щепетильно относятся.
Двойная угроза-предупреждение. Астану, что будут последствия за нарушение договора, и мне, просто что я могу попасть в жернова, и мне наверняка тоже отомстят за возможное нанесенное оскорбление.
— По поводу моих обязательств — как бы там ни было, но всех, кто мне захочет отомстить или за что-то наказать, я встречу достойно. Амалете же и вовсе не о чем волноваться. Еще не подаренное платье фактически не принадлежит моей невесте, только потенциально.
Вот такой состоялся разговор между отцом и сыном. Вскоре мужчины распрощались и разошлись. До академии мы с Астаном добрались почти в полном молчании. Каждый был погружен в свои мысли. Настроение принца явно было испорчено. Единственный раз я нарушила молчание, когда заметила, что прохожие на нашу пару буквально налетают, не замечая.
— Это я усилил действие заклинания отвода глаз, — рассеянно ответил мужчина.
— Зачем?
Лэдор ничего не ответил, но его взгляд на мое платье был красноречивее всяких слов.
В академии, по правилам, маскировку с нас Лэдор снял, и я сразу почувствовала на себе эффект красного платья. На меня сворачивают головы все мужчины от зеленых студентов до убеленных сединами преподавателей. Судя по лицу Астана, он злится, но молча. На одной из аллей нам навстречу вышла большая компания эльфов, их так много, словно они решили провести собрание своей расы. Я не осталась незамеченной. У эльфов, как и у остальных ранее встреченных мной мужчин, стали отвисать челюсти, а «мой» полевой эльф, ко всему прочему, выронил стопку папок из рук. Мне вслед одобрительно засвистели. В общем, думаю, красное платье надевать действительно не стоит.
Последним, кого мы с Астаном повстречали у преподавательского корпуса, оказался профессор Гийон, когда мы подходили, он сидел на скамейке в тени пышного дерева и делал какие-то записи в личную тетрадь. Декан поднял взгляд на нас. Челюсть, к счастью, не уронил, осмотрел внимательно с ног до головы и поинтересовался у Астана:
— Ты как ее на улицу в таком виде выпустил?
— А как не пускать? Кири у нас девушка самостоятельная, до свободы дорвавшаяся, подрезать ей крылья я не собираюсь.
— Ну-ну. И много студентов ее видело?
— Много. Вечер теплый, народ молодой, все гуляют.
— Тогда попомни мое слово — уведут. Не уведут, так украдут.
