Автор
Дверь закрывается, открывая три новые возможности. В мире этой девиз становится реальностью: мечтайте и все сбудется. Но даже в этом хаосе есть порядок — когда закрываются двери, открываются тройки новых шансов. Новая книга Инги Максимовской объединяет эти идеи в живописной истории о переменах и выборах....
Почему глазом? Потому что второе мое ясно око заплыло напрочь, губы тоже отекли, от удара об бордюр. Щеку пересекали три глубокие царапины, а нос…
– Думаешь «Балет» тебя спасет? – задумчиво протянула Люся, рассматривая мою персону, застывшую в дверях кухни. – Ощущение, что ты дралась с Фредди Крюгером за право порешить парочку студентов вместо него, чем отобрала бы его хлеб.
– Хуже. Я убегала от самого дьявола, который мне предложил…"
"– Не иначе непотребство, или младенцев есть? – заколыхалась Люся, водружая на кухонный стол косметичку.
Я перестала слушать причитания Люси, прикрыла глаза и отдалась ее умелым рукам, пытаясь прогнать воспоминания о мерзавце Боярцеве, который всеми правдами и неправдами портит мне жизнь. Даже сам того не зная, он уже несколько дней рушит мой мир к чертям собачьим.
– Готова, конфетка, – выдернула меня из дурных мыслей Люська я открыла глаза и чуть не заорала. Потому что нельзя же зеркало подносить неподготовленным идиоткам.
– Ооооо, – только и смогла выдохнуть я. Ну, что ж, все равно лучше, чем было.
До нового места работы – гипермаркета воняющего так, словно все что туда попадает, дохнет еще на подлете к этому сверкающему огнями лабазу, я дошла с трудом. Тело начало болеть, лицо жутко чесалось под тонной грима, а отколотый зуб гудел и ныл, убивая во мне и без того не радужное настроение.
– Я Зина, – представилась разбитная бабенка, которая по задумке местного начальства должна стать моим сенсеем. Просканировав меня взглядом она невнятно хмыкнула и медленно пошла в темные недра склада, от вида которого у меня по телу пронеслась волна мурашек. В таких черных пещерах обычно происходят смертоубийства и живут ктулху, не меньше. Зинаида выдала мне униформу, надев которую я поняла – больше мне не сбежать отсюда никогда.
