Автор
В семнадцатом году жизнь героини меняется после встречи с легендарной подругой Ольгой — блондинкой с аппетитными формами, незаменимой на всех праздниках и неизбежно привлекающей к себе все подряд. Веселье и шум на День Защитников вызывают в ней грусть и новая задумчивость о настоящих чувствах....
Только при условии, что никто из пациентов не узнает, – в ясных зеленых глазах врача плескались смешинки."
"Скользнув взглядом по высокой подтянутой фигуре в дверях палаты, я в очередной раз усомнился, что доктор разменял седьмой десяток.
– Ну, если вы разрешаете…
– Не стоит делать мне поблажек! – вернув телефон, я отвернулся к окну.
– Руслан, я хотел поговорить… – Судя по скрежету металлических ножек, Столяров уселся в кресло.
– Уже ночь на дворе.
– Я в курсе. На следующей неделе контрольные анализы, и, если все будет в порядке, оформим выписку.
– У меня больше нет дома. Уеду, когда получу заключение о полном психическом здоровье. Надеюсь, у вас будет возможность отправить копию отцу.
– Руслан, твой отец действовал из лучших побуждений. Если бы ты не оказывал сопротивления, выписался бы гораздо раньше, и мы бы обошлись без отделения для буйных. Согласись, последние недели твоего пребывания больше напоминают отдых на хорошем СПА-курорте?
– Если бы отец мне верил, я бы вообще сюда не попал! – развернулся, сверля его презрительным взглядом.
– Знаю, это трудно и больно, но ты найдешь в себе силы его простить.
После ухода доктора я выключил свет, и небольшое помещение погрузилось во мрак.
В голове не угадывалось, что я провел больше шести месяцев в психиатрической клинике. Первые несколько недель просто выпали из памяти. Я приходил в себя, дебоширил и снова отправлялся в путешествие по чертогам сознания.
«Вы думаете, я адский шизофреник? Ха, я гораздо хуже! В разы хуже…» – шептал, накидываясь с кулаками на охрану.
Холодным осенним днем на меня снизошло прозрение в лице молоденькой девчушки с пшеничными волосами. В период кратковременного бодрствования заметил её из окна, сидящую на скамейке, давившуюся слезами. Мне стало тошно. Девчонке на вид лет шестнадцать. Совсем зеленая и уже загремела в психушку. Но самое поразительное – она могла спокойно передвигаться по саду, в то время как я черт знает сколько маялся в палате с мягкими стенами! Желание жить одержало верх, и я все-таки согласился на конструктивную беседу со Столяровым.
Виталий Сергеевич убедил, что единственный способ выбраться на свободу – это пройти огонь, воду и медные трубы. Именно так назывались корпуса, расположенные на территории живописного подмосковного поселка.
