Автор
В семнадцатом году жизнь героини меняется после встречи с легендарной подругой Ольгой — блондинкой с аппетитными формами, незаменимой на всех праздниках и неизбежно привлекающей к себе все подряд. Веселье и шум на День Защитников вызывают в ней грусть и новая задумчивость о настоящих чувствах....
Продолжая слушать её монотонную болтовню, на негнущихся ногах я вышла в прихожую и, не глядя в глазок, отворила дверь. На пороге, сжимая огненно-красный букет, стоял Руслан. Сводный брат скользнул по моему телу откровенным долгим взглядом, шумно сглотнув. Только тут дошло, что я так и не оделась, поднявшись с кровати в майке и трусах.
– Может, пригласишь в дом? Мы ведь теперь близкие люди… – от его ласкового убаюкивающего голоса внутри что-то оборвалось.
Руслан беспечно улыбался, пожирая глазами мою грудь. Появление этого загадочного демонически красивого мужчины означало лишь одно – все главные беды еще впереди… Я медленно опустила руку с телефоном, выжимая кнопку отбой, после чего поспешила закутаться в махровый халат.
– Это все ты? – дышать было больно. – Ты, да?! – вихрь мыслей закружился в голове.
– Не понимаю, о чем ты… – ухмыльнулся сводный брат.
От его самоуверенной интонации кровь закипела в жилах.
Ненавижу.
Обвела быстрым взглядом поджарое мощное тело незваного гостя. Надо сказать, Руслан Царев, не изменяя законам жанра, выглядел превосходно.
– Беда не приходит одна… – прошептала, впиваясь ногтями в кожу ладоней.
– Я пообещал твоей маме вернуть тебя домой, только и всего.
– Не может быть… – в горле застрял ком.
– Она должна была позвонить. Не веришь, набери ей сама. – Руслан достал из кармана айфон и протянул его мне.
– Нет… – отшатнулась, отмахиваясь от телефона, как от ядовитого насекомого.
Сводный брат вздохнул, закрывая входную дверь.
– Тебе не кажется, что настало время высказать друг другу все обиды? Кстати, мы со Светланой помирились…
– Я тебе не верю…
– Если мне не изменяет память, мачеха возглавляет Фонд помощи трудным подросткам, – Царев самодовольно хмыкнул, без разрешения усаживаясь на диван. – Ну что можно взять с четырех парней, которые не знали материнской любви? Отец с утра до ночи на работе, а мы, чтобы хоть как-то привлечь внимание, изводили своих гувернанток.
"– Подмешать наркотики или испортить сценический костюм – это ты называешь глумлением? – пробормотала онемевшими губами.
Руслан откинулся на спинку дивана, одна его рука лежала на подлокотнике, другая – на колене. Губы плотно сжаты. Одичалый взгляд застыл в районе моих бедер.
