Она почему-то была уверена, что гримаса боли скользнула по лицу. Еще до того, как она повернулась к Синегару спиной. — А ведь когда-то все уши прожужжала о том, как тебе было в его доме чудесно.
К щекам девушки прилила кровь.
— Просто неожиданно, — Альма попыталась оторвать взгляд от лица Ринара, но элементарно не смогла.
Он стоял перед ней, чуть склонив голову. Смотрел прямо на нее. Смотрел своим привычным равнодушным взглядом. Равнодушным для всех вокруг, но только она умела читать полутона этого равнодушия. На самом донышке серых глаз таилась грусть, а еще там была жадность, опять. Опять эта чертова жадность, когда-то давшая право надеяться на ответное чувство. Он не изменился. Для лорда прошло всего восемь лет, не то, что для нее. Для него не прошло полжизни вдали от любимого человека. Для него это должны были быть годы рая. Такого долгожданного рая.
— Прости, если напугал, — Ринар улыбнулся, сделал шаг к воспитаннице.
— Вы не напугали, просто… — Альма невольно напряглась, отступая. Первый шок прошел, а на смену шоку пришел гнев. Она не должна была так реагировать. Сердце заходиться не должно было. И искать эту чертову жадность на дне глаз она не имела права. Должна была показать, насколько его приезд ее не касается. Насколько он неважен. А не получилось. Но хоть сейчас…
Вот теперь Альма попыталась придать лицу максимально равнодушно-учтивое выражение, улыбнуться, бросить, будто невзначай:
— Какими судьбами вы тут, мой лорд?
— Как ты отнесешься к варианту… Соскучился? — Ринар вновь склонил голову, продолжая неотрывно смотреть прямо в глаза. Это нервировало. Не давало должным образом реагировать, беспристрастно улыбаться и легкомысленно посмеиваться.
За спиной Альмы хмыкнули. А ведь она успела уже забыть о короле. Обо всем успела забыть.
— Вряд ли, мой лорд. У вас: скорей всего, нет времени скучать, — дома ведь ждет такая любимая, такая желанная, такая незаменимая Наэлла. Вслух Альма сказала не это. — В Приграничье опять мятежи. Люди волнуются. У вас, наверное, полно дел.
— Видишь, Ринар, весь двор заботится о судьбе королевства, даже самые очаровательные из фрейлин и те забивают голову делами Приграничья.
Ринар на какое-то время переместился взглядом в пространство над плечом Альмы, тем самым давая девушке возможность перевести дух. Он усмехнулся, теперь обращаясь уже к королю.
— Думаю, о делах мы поговорим позже, Ваше Величество. И в Приграничье не все так плохо.
— Хочу верить, что до «так плохо», ты не доведешь.
— Простите, Ваше Величество, могу я уйти, не слишком хорошо себя чувствую, — Альма никогда бы не позволила себе встрять в разговор короля с любым из лордов.