Бокал стоило бы запустить в мужчину, но для этого пришлось бы делать лишнее телодвижение, а ей действительно нужны силы, чтоб ненавидеть его так, как он того заслуживает.
Поставив пустой сосуд на стол, девушка шумно отодвинула стул, встала, обогнула красное пятно на ковре, вышла из комнаты.
Ноги сами понесли ее к комнате, которая вроде как принадлежала ей. Теперь-то дверь она запечатала. Но почти сразу убедилась в том, какого мнения Ринар о подобной попытке оградиться и показать, что продолжать… разговор… она не расположена.
— Тебе все равно придется есть, спать, чем-то себя занимать, и даже разговаривать со мной, Альма.
Он вошел без стука, обошел застывшую посреди комнаты девушку, взял за плечи, легонько встряхивая, так, что она запрокинула голову, смотря на него.
— Зачем вам нужен этот цирк? Зачем этот дом, слуги?
— Это твой дом. Наш с тобой дом.
— Нет, ваш дом в Приграничье. И вас там ждет жена.
— Альма, послушай меня…
— Не хочу, — девушка закрыла уши руками, стряхивая с плеч его руки.
— Придется, девочка, — он сжал ее запястья, отвел их за спину, прижимая напряженное тело к своему. — Послушай, ты теперь моя жена. Это теперь твой дом. Люди, которых я представил тебе внизу — твоя прислуга. Все это твое. Ты здесь хозяйка. Можешь делать все, что душе угодно.
— Я хочу уйти. Мне угодно уйти.
— Нет. Уйти я не дам.
— Сбегу.
— По периметру участка защита. Ее ты не сломаешь. Я старался.
— Значит, вы все заранее продумали? Готовились?
— Очень тщательно, душа.
— Вы ведь знаете, что овчинка выделки не стоит. Или вам нужна не кальми во мне?
— Мне нужна ты. Мне нужно все в тебе. Ты должна быть в целости и сохранности здесь… со мной.
— Вы говорите обо мне, как о вещи.
— Я говорю, как о ценности, которую буду хранить. Теперь уж точно.
— А я человек. Пусть неровня вам, пусть с покалеченной душой, но человек. И я не собираюсь терпеть…
— Никто не просит терпеть. Я прошу наслаждаться. Тебе позволено все. Все, что пожелаешь. Но в пределах холмов."
"— Вы это считаете наслаждением? — Альма взбрыкнула, пытаясь вырваться из нежеланных объятий. — Вы так настойчиво когда-то отказывались от меня, милорд. Так настойчиво, что я искренне поверила — такой, как я, вы заинтересоваться не сможете. И что изменилось? Вновь взыграла ваша ревность? Не смогли стерпеть, что я не хранила вам верность? Верность, в которой вы не нуждались? Или все дело в простом любопытстве? Хотели попробовать от чего когда-то отказались? Зачем тогда такие сложности: дом, прислуга, брак? Вы ведь так и не сказали, как настоящая леди Ринар относится к тому, что вы взяли вторую жену. Или она не знает?
Вместо того, чтоб ответить, Ринар разжал пальцы, позволяя высвободиться.