В мире безграничного могущества Люцифера, воля человеческая теряет свой звездный сияние. Каждое действие теперь цепляется за тонкую ленточку желаний и влечений — того, что достойно вознаграждения. В этом зале диких мгновений и безумных размышлений Люцифер задает вопрос: "Зачем ты это сделал?", не обращая внимания на ужасающий тон громкого голоса, который мог бы пугать обычного человека....
— Нет, — почувствовав еще один поцелуй, теперь уже на скуле, улыбнулась. Или задумывался… и вставать все же не придется.
— У нас сегодня важное занятие, душа. Очень-очень. Почти такое же, как то, о чем ты так красочно думаешь…
Если Ринар рассчитывал, что смутит — сильно прогадал. Краснеть и тушеваться Альма не планировала. А красочно кое о чем думала вполне сознательно. Так, чтоб он уловил эмоции, те самые мысли, их направление… Они ведь так могут. Стоило перестать сопротивляться себе и своим чувствам, Альма убедилась — могут.
— Дай мне еще минутку, одну. Хорошо? — но встать прямо сейчас девушка все равно не смогла бы. Нельзя портить моменты полнейшего счастья. Для нее сейчас настал именно такой. Когда просыпаешься, а Ринар дома. Твой. Любит. Будит поцелуем. И не уезжает. У них еще два дня. Когда в их мире мир, покой, полное безоговорочное счастье.
— Минутку, — сдается, расслабляется, позволяет вновь утянуть себя в постель, на ощупь, не открывая глаз, расстегнуть на нем рубашку, сбросить на пол, так же на ощупь проверить, ничего ли в нем не изменилось с ночи — те же плечи, те же руки, пальцы, торс, те же губы, так же целуют… — Или парочку.
Парочка минут затянулась. Просто непозволительно сладко затянулась. Зато Альма все же проснулась, да и день начала с куда большим удовольствием, чем было бы, не пойди Ринар у нее на поводу. Хотя разве он мог не пойти на поводу?
— Надень что-то свободное, — в ванную Альму провожали очень уж пристальным изучающим взглядом.
— Насколько свободное? — вопрос задала, только скрывшись за дверью, не забыв при этом оставить щелочку. Маленькую, незаметную, конечно же, совершенно случайно. Такую, чтоб он мог видеть ее отражение в зеркале, а она могла продолжать смущаться из-за его взгляда.
— Мы будем учить магию, душа.
* * *— Ударь меня…
Объяснять все более подробно и предметно Ринар не стал.
Вот такой он у нее — считает, что объясняться совсем не обязательно, что обо всем нужном она догадается сама, а то, о чем не догадалась — не так-то важно.
Теперь же они стояли на заднем дворе, где-то между клумбами, усаженными розовыми кустами, и фруктовым садом, земля в котором в эту пору как раз была усыпана белыми цветами яблонь и абрикосов.
