Понимала, но не могла отпустить. Просто не могла.
Пальцы разжались, а на его ладонях действительно остались следы ногтей.
— Я люблю тебя, Душа, — Ринар лишь на секунду склонился к девичьим губам, а потом быстрым шагом направился к двери.
Хлопок, и в комнате повисла тишина. Альма не могла понять, что творится вокруг, а Аргамон… Ему казалось, он никогда не сможет смириться с тем, что сейчас в очередной раз переживал. Понятия не имел, за что так жестоко с ними, а еще не понимал, чем заслужил сам ту участь, на которую его подписали.
— Гелин, зачем? — вопрос прозвучал отчаянно.
* * *Ринар мчал вниз по лестнице, впервые в жизни не зная, что делать. Впервые в жизни разрываясь между долгом и собственными желаниями, впервые в жизни готов был плюнуть на все, ради спасения одного единственного существа, ставшего смыслом жизни.
— Ринар, — Наэлла поймала его за руку, заставляя остановиться. Не сделай она этого, мужчина даже не заметил бы, что кто-то идет навстречу. Серые глаза смотрели растерянно.
— Там во дворе… Там люди…
— Я знаю, Най. — Ринар высвободил руку. — Иди в свою комнату, пожалуйста. Оставайся там.
— Они подожгут дом, у них факела.
— Иди в комнату, я все улажу, — не желая тратить время попусту, Ринар развернулся, продолжая свой путь.
Прежде чем выйти к мятежникам, ему нужно было поручить стражникам позаботиться о людях в особняке в случае чего… А еще молиться богу, чтоб «в случае чего» не настало.
Наэлла проводила мужа долгим взглядом.
Ей стоило бояться.
Стоило паниковать, метаться по дому, не в силах сделать ничего, но на душе почему-то было очень спокойно.
Наверное, потому что смерти она давно не боялась, а что еще могут сделать ей эти люди? Забрать его? Он давно уже не принадлежит ей. Убить? Она когда-то уже умирала. Это не так уж и страшно. Долго мучить? Она десять лет живет в муках. Нет, ей было не страшно.
Исполняя указания Ринара, Наэлла подхватила пышные юбки, направляясь вверх по лестнице. Она собиралась действительно закрыться в своей комнате и ждать.
Чего — вопрос второстепенный. Только у двери в кабинет мужа остановилась, заслышав там странный шум. Диалог. Аргамона и кого-то еще.
Най никогда не отличалась повышенным любопытством. В этой своей новой жизни не отличалась. А теперь почему-то решилась опуститься до подслушивания. Приложила ухо к двери, закрыла глаза.
— О чем вы говорили, Аргамон? Что происходит?
— Происходит то, что должно происходить.
