В мире безграничного могущества Люцифера, воля человеческая теряет свой звездный сияние. Каждое действие теперь цепляется за тонкую ленточку желаний и влечений — того, что достойно вознаграждения. В этом зале диких мгновений и безумных размышлений Люцифер задает вопрос: "Зачем ты это сделал?", не обращая внимания на ужасающий тон громкого голоса, который мог бы пугать обычного человека....
— Я просто немного устала, сегодня мы с Аргамоном начали изучать новые чары, они мне еще не даются.
— Какие?
— Это как-то связанно с энергией жизни. Я не совсем поняла, да и учитель сегодня был не склонен к разговорам, пока мы изучаем только азы, я пыталась почувствовать душу… — обида и сомнения никуда не делись, но обсудить с ним подобное все равно очень хотелось.
— Получилось? — в горле Ринара тут же пересохло, все вопросы отошли на второй план.
— Мне кажется, что не совсем. Это знаете… Это сложно описать, — Альма обвела взглядом комнату, пытаясь найти аналогию.
"Ринар закрыл на секунду глаза, возвращая самообладание, а потом выдохнул. Аргамон говорил, что они начнут совсем скоро, но это все равно стало для него неожиданностью.
— Так и должно быть, мой лорд?
— Да, не волнуйся, так и должно быть. Рано или поздно, ты научишься замыкать круг, — Ринару даже удалось выдавить из себя подобие улыбки.
— Хорошо.
В разговоре наступила пауза. Альма ждала разрешения уйти, а Ринар смотрел на нее не отрываясь, вновь нырнув с головой в свои мысли. Еще немного и она научится чувствовать свою душу… Чувствовать и делиться.
— Я могу идти, мой лорд? — тихий вопрос вывел его из задумчивого состояния.
— Да, можешь, Альма.
Девушка кивнула, развернулась на каблуках, направилась к двери. Сегодня она выбрала наряд под цвет глаз, настоящий цвет. Не тот, что видят все, а известный только ему.
— Ты же знаешь легенды, Душа? — девушка остановилась у двери, оглянулась, передергивая плечами. О Празднике ходило множество легенд, какую именно имел в виду он, ей было еще непонятно.
— Поцелуи в эту ночь священны, Альма.
Эта легенда нравилась даже ему. Вера в магию ночи горячила кровь всем: и искателям, и искомым, и он даже отчасти верил в нее. Когда-то сам провел бессонную ночь, мчась на поиски той, с которой хотел разделить все поцелуи, будь они благословенны или прокляты. Тогда Наэллу он так и не нашел.
