Я лежала на кровати, одетая лишь в легкий халат, и разглядывала потолочные балки чердака старой башни. Словно окаменевшие древние строительные элементы, они тонули во мраке. Однако наедине со своим пушистым котом Кузей я не чувствовала одиночества — он спал громко и умиротворенно рядом с нами, а за старинным зеркалом старой бронзовыми рамами никто не появлялся....
Впрочем, если ты готова предстать перед своими родителями в этом, — профессор окинул насмешливым взором собственную рубашку, — то можем отправляться прямо сейчас.
От таких новостей у меня сердце вздрогнуло, а сверток едва не выпал из рук.
— Что? — сглотнув, ошарашенно пробормотала я. — Что вы сказали?
Глун картинно закатил глаза и тут же уставился на Фиртона. Мол, смотри, с кем приходится работать. Смотри, какая тупая.
Но декан играть в игру «забей иномирянку» не захотел. Он укоризненно покачал головой, сказал:
— Эмиль, ну зачем…"
"И точно хотел продолжить, но я перебила, ибо сил вести себя культурно не было:
— Лорд Глун, мне послышалось или мы действительно идем на Землю?
Между куратором и деканом в этот момент шла какая-то война взглядов.
— Да, Даша. Мы идем на Землю. И у тебя осталось две минуты, чтобы привести себя в порядок.
Больше повторять не потребовалось. Я подскочила с дивана, пулей рванула к обозначенной двери и действительно оказалась в ванной.
Раскрыв сверток, я обнаружила свою мантию, балетки, а также всю остальную одежду, в которой шла на праздник Дня Всех Стихий. То есть, пока мы беседовали с Фиртоном, Глун сбегал в храм и разыскал мои вещи. Приятно. Особенно учитывая, что на улице шел дождь. Я-то не крутой маг Огня, я бы там точно вымокла.
Впрочем, это сущая мелочь в сравнении с тем, что мы идем домой! Мы идем на Землю!
Свой переход на Полар я не помнила, поскольку меня отправили в принудительный обморок в деканате родного универа, а вернули в сознание уже здесь, в Академии Стихий.
Причем очнулась я в больничном крыле и подробностей своего появления тут опять-таки не знала. Именно поэтому то, что случилось дальше, оказалось для меня в некотором роде неожиданностью.
Когда я сменила рубашку профессора на свою одежду и вышла из ванной, куратор и декан взглядами уже не мерялись. Просто ждали. Причем Фиртон сидел на диване, а Глун стоял подле окна.
Увидев меня, Глун скривил губы в подобии вежливой улыбки и указал на выход из комнаты.
Декан откололся от нашей компании где-то посередине коридора, а мы с куратором дошли до лестницы, спустились на первый этаж и вышли из общаги. Затем была прогулка до ректората, который, несмотря на выходной день, работал. Здесь Глун взял ключ от какого-то неведомого мне помещения.
Это помещение, как вскоре выяснилось, располагалось там же, но этажом ниже.
