Я лежала на кровати, одетая лишь в легкий халат, и разглядывала потолочные балки чердака старой башни. Словно окаменевшие древние строительные элементы, они тонули во мраке. Однако наедине со своим пушистым котом Кузей я не чувствовала одиночества — он спал громко и умиротворенно рядом с нами, а за старинным зеркалом старой бронзовыми рамами никто не появлялся....
Кракозябр мои желания угадал, и, едва я приблизилась, поверхность зеркала разгладилась. Вместо изображения этакой помеси гиены с крокодилом в отражении появилась я собственной растрепанной персоной.
Дарья Андреевна Лукина. Двадцать лет. Уроженка мира Земля. Не замужем. Рост средний, волосы длинные, пшеничного цвета, глаза карие, а лицо… нормальное. Никаких божественных символов, издалека так похожих на фурункул, на лбу не имеется. Ура!
Чем не повод для радости? Вот только я даже не улыбнулась.
— Дашка, ну хватит.
— Моя обувь, мантия и одежда остались в храме, — со вздохом пояснила я. — И это засада, Зяба. Причем полная.
Да, это была засада из засад, потому что запасной одежды, по официальной версии, у меня не водилось. Глун же меня сюда так, без суда, следствия и чемоданов притащил. А то, что мы с твиром починили волшебный шкаф, через который любую одежду и обувь таскать можно, — тайна страшная.
Я вдруг вспомнила о платьях, полученных в качестве гуманитарной помощи от факультета. Правда, когда Кэсси и Эстер эти платья принесли, я подарок не оценила — ну не приглянулись они мне, что поделать.
С этой мыслью я отошла от зеркала и направилась к шкафу. Осторожно, стараясь не шуметь, вытащила обновки. И, едва взглянув на них, почувствовала, как настроение окончательно упало. Дело в том, что кроме откровенно непрезентабельного вида платья обладали очень хитрой системой застежек.
Пуговички, блин! Малюсенькие, и много — от поясницы и до ворота! Причем все это дело на спине.
Я закусила губу от обиды. Нет, понятно, что такому коню в зубы не смотрят, но это же все равно что подарить краски слепому. Они что, совсем не думали, что дарят? Или…
Мне вдруг вспомнилась приставучая Эстер. А ведь огневичка вполне могла рассчитывать именно на такой исход дела.
