Автор
В клубной атмосфере, где громкая музыка бьет в уши, герои растворяются в напитках и страстных прикосновениях. Сознание начинает туманиться, открывая пути для неожиданных физических контактов с подругой, чей внешний лоск и непослушные кавалярские черты вызывают восхищение....
Иначе говоря, она скорее наоборот бы хотела пополнения слуг у своего босса, чтобы самой меньше страдать.
— А если она невероятно добрый человек, который действительно хочет помочь?..
— Ну, я не исключаю подобный вариант, очевидно. Просто помимо выше мною сказанного, стоит ещё учитывать все те последствия, которые вполне могут последовать за такое вот «предупреждение» цели её босса. И вот, принимая во внимание всё это, стоит подумать: а пошла бы она на это, даже если сама по себе тот самый «невероятно добрый человек»?.
— Маловероятно…
— Угу…
— Тогда выходит, что это всё-таки, как я и думала, подстроил Брайн?
— Вполне вероятно.
— Ну да, у их рода ведь такое в норме… Только чего именно он собирался этим добиться?
— Есть у меня одна мысль, однако озвучивать её уже некогда, — кивнул я в сторону, куда до этого убежала девочка.
Оттуда шёл человек, прихода которого только тут все собравшиеся и ожидали.
Шестнадцать лет, чуть меньше меня ростом, тёмные волосы, аккуратно зачёсанные назад, крайне острые и несколько даже грубые, аристократические черты лица, тёмно-карие глаза, что смотрят на всех других вечно хитрым и уверенном в себе взглядом, ну и, разумеется, спортивное телосложение.
Следуя же за ним прямо по стопам, смотря угрюмо в пол, топает та самая девушка с каштановыми волосами, что только что подбегала к нам.
И даже с такого расстояния мы оба кое-что разглядели на лице этой девушки…
— Он её ударил… — тихо произнесла Карэн.
Ударил — это ещё явно мягко сказано…
Левая щека девушки сильно покраснела и уже слегка опухла, а её верхняя губа разбита, и даже сейчас из неё во всю идёт кровь, которую девушка тут же стирает платочком, что она держит в своём правом кулачке.
— Неужели… ей из-за этого?.. — совсем едва слышно произнесла Карэн, хотя ещё несколько минут назад сама совершенно не питала к ней жалости, прогоняя её, даже не задумываясь об этом и на мгновение.
А тем временем эти двое подошли к нам.
— Прежде, чем мы перейдём к основной части, — вежливо начал он, но при этом во всю лукаво улыбаясь, — я бы хотел принести свои извинения.
