В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
Скорее всего, речь шла об измене правительницы супругу. Хотя стоп! Какая измена, если принц ему не сын. Значит, и она никогда не была ему женой. О, Пресветлые, что же тут происходило все эти годы?
Пока я пыталась понять, кто и кем кому приходится, заметила, что Дуэйн помогал брату. Снял его амуницию, чтобы не давила на грудь, и наспех перевязал рану. Она почти затянулась, но её следы ещё были заметны на теле моего сказочника. Стало так совестно. По моей вине Люций настрадался как никто другой, а я не могла даже ответить на его чувства, будучи связанной брачными узами с другим.
— Вам всем конец. — Филипп поднялся на ноги и посмотрел на дикейцев. — Убью всех! И вас. — Он указал пальцем на братьев. — И вас. — Мужчина перевёл взгляд на огненного и правителя. — Ничто и никто меня не остановит!
Хорошо, что за моей спиной оказался дверной косяк. Иначе я бы снова упала на пол от тряски. Высшие кинулись врассыпную, уклоняясь от очередных атак моего мужа. Он же бесконтрольно применял силу, глядя перед собой невидящими глазами.
Стена, что и до этого была не в лучшем состоянии, рухнула окончательно, вызывая тем самым обрушение чуть ли не половины замка. Все постройки, что находились левее зала, провалились вниз и пропали из вида.
Напуганная происходящим, я хотела уже выполнить приказ Дуэйна и бежать куда глаза глядят, но заметила, что дикейцы попали в ловушку.
Колонны, подпирающие зал этажом ниже, не выдержали и обрушились. Мой Люций, мой любимый оказался погребён под кучей валунов, и помочь ему было некому, потому что на Дуэйна и Грея надвигалось нечто намного хуже этого.
— Твою ж!
Услышала, как выругался Дуэйн, поднимаясь на ноги и решая, как быть: помогать брату или спасать свою жизнь. Прямо на него надвигался громадный каменный голем.
Глава 22. Не могу без тебя
Раздумывать Алмор-младший не стал.
