В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
— Не хочешь присоединиться к веселью? Ты же не против, малышка? — Последнее было обращено к Лейле.
— М-м-м, если ты рядом, милый, то мне всё равно, — ответила она ему и начала целовать его шею и грудь.
— Я… я… не согласна, — только и смогла выдавить я из себя.
— Да? Странно. Значит, всё же не поняла, — кивнул сам себе Филипп и задумался. — Я же сказал, что главный здесь теперь я. Ты моя жена, а значит должна во всём мне подчиняться. Если я велел присоединиться, ты поднимешь свою прелестную попку с пола и сделаешь это.
Я потрясённо заморгала.
Что происходит? Я будто попала в какой-то извращенный кошмар.
Неужели это на самом деле?
Филипп действительно не только привел любовницу в нашу первую брачную ночь, но и предложил мне принять участие в их отвратительной оргии?
Такого позора не пережила бы ни одна уважающая себя дева голубых кровей.
Он правда считает, что я соглашусь?
— Нет! — набравшись уверенности, выкрикнула я. — Не бывать этому!
Филиппу мой ответ явно не понравился. Он снял с себя всё ещё висевшую на нём обнажённую Лейлу, аккуратно уложив её на постель, а затем подошёл ко мне.
Но теперь он был зол. Недоволен моим поведением.
— Не привык я, что мне перечат, Дафна. А ты ещё и посмела повысить на меня голос. Ох, как нехорошо, моя маленькая жёнушка. — Он поцокал языком, журя меня, как ребенка. — Но я всё понимаю, кроха. Ты ведь никогда не была с мужчиной?
Я отрицательно покачала головой, чувствуя угрозу. Супруг сощурил глаза, поразмыслив пару секунд, а затем выдал то, что окончательно лишило меня дара речи:
— Мы с Лейлой покажем тебе, как это делается.
Филипп взмахнул рукой, и пол подо мной пришёл в движение.
Перекатываясь, словно волна, каменный настил переместил меня в дальний угол покоев. Стоило мне спиной ощутить холодную стену, как всё прекратилось. Одно хорошо: я умудрилась схватить простыню и теперь могла ею прикрыться.
— Филипп, — томно позвала моего мужа его любовница. — Я заждалась.
