В душном транспорте я сидела, ожидая собеседования, когда таксист вдруг объявил о форс-мажоре — нужно было помочь жене, у которой начались роды. Вопросы и неясности заполнили меня, пока я не поняла, что оказана в центре непредвиденных событий, где каждый день становится ключом к сокровищу - Я....
Окажешься от него подальше — и вроде в силах нормально соображать. Стоит приблизиться — и странное притяжение начинает работать. Сейчас я не могу прекратить рассматривать его, оказавшегося так близко. Все-таки, до чего же он красивый... не смазливый, не миленький, а дьявольски привлекательный.
Он тоже скользит по мне взглядом, рассматривая, и я бы отдала многое, чтобы узнать, что он в этот момент думает. Может, тоже оценивает?
— Птичка, — внезапно говорит он, — уйми свое сердечко. Ничего такого, просто ножками топай спать.
У меня вырывается смешок."
"— Не думаю… я выгляжу, как мокрая курица. Вряд ли я привлекательный объект для домогательств сегодня.
Мирослав внезапно усмехается.
— Ошибаешься, птичка. Почему-то мне ты сносишь крышу в любом виде. Но ведь будет свинским поступком — притащить девушку к себе домой, и пользуясь этим, нагло подкатывать?
— Наверно, да.
— Наверно? Если ты считаешь иначе, то я просто намекну, что могу согреть лучше горячей ванны и кофе.
— Охотно верю, — я едва улыбаюсь в ответ.
Парень приподнимает брови.
— Круто, когда тебе верят на слово. Но не в этом случае, правда, — и он издает короткий хохоток, а потом притягивает меня к себе, и выдыхает прямо в лицо, — иди-ка ты, птичка, переодевайся. От греха подальше. Иначе я снова буду вести себя так же отбито, как и в торговом центре сегодня.
И он отпускает меня, подталкивая вперед, пока я пытаюсь перевести дыхание. Вот что я и говорила про магнит! Слава богу, что Мирослав, на удивление, имеет какие-то понятия о нормальном поведении с девушкой... Не отпусти он меня сейчас — иии... а фиг знает, что было бы. Наверное, я так глупо и пялилась бы на него.
***
Когда я вылезаю после душа, надев уже футболку, и пытаюсь натянуть джинсы, заботливо отданные Мирославом, то с ужасом понимаю, что они мне.
Ешки-поварешки!!!
Я осторожно приоткрываю дверь, высовывая голову. Тишина.
— Мирослав!
Я слышу шуршание с кухни, а потом в проеме показывается голова парня.
— Что?
— Джинсы... малы.
Он приподнимает брови.
— Прикалываешься? Вы одного телосложения...
— Видимо, нет! У меня задница не влезает!
Он ржет. Я закатываю глаза в ответ.
— Птичка, ходи в футболке, — фыркает Мирослав, отсмеявшись, — она наверняка тебе, как платье.
