В зеркале времени, два человека — обычные люди до этого момента — внезапно обретают невероятные силы. На улицах города начинаются неожиданные стычки и драматические события, когда обычное становится странно знакомым. Атмосфера напряженная, как в фильме ужасов, но с оттенком жестокой правды жизни....
— Ты не поверишь, — сказал он самодовольно, — но давным-давно и я сидел также перед своим мучителем, а он бил меня при каждом удобном случае и заставлял слушать идиотские поучения. Эх, встретился бы он мне сейчас…
— Чтоб ты сдох, тварь, — процедил сквозь зубы Штык, борясь с приступами мучительной тошноты.
— В нынешней ситуации, — бодро ответил Феникс, — звучит интересно. Ну ладно, ты ж все равно пока ничего не понимаешь. Плохо наверное себя чувствуешь, да? Тошнота, головокружение? Ну потерпи, скоро все пройдет. Это следствие моей дружбы с «паучьим пухом», надо просто привыкнуть.
Он снял с печки разогретый чайник, налил себе в кружку ароматного травяного настоя и снова уселся за стол.
— Подозреваю, что в тебе сейчас кипит ненависть ко мне. Это напрасно, — сказал Феникс, шумно отхлебывая чай из кружки. — Потому, что мы с тобой — ягоды с одной поляны.
— На помойке твоя поляна.
— Пусть так, — миролюбиво согласился Феникс. — Но и твоя — тоже. И не потому, что у тебя в руке сейчас сидит один очень интересный камешек.
— Пошел ты…
— Понимаю. Не доверяешь. Это правильно. А может ты меня просто боишься? Не стоит. Я ничем практически от тебя не отличаюсь.
— Ни одной, — саркастически прохрипел Штык, ухмыльнулся и тут его вырвало.
— Те, что ты до сих пор считаешь причинами — это фуфло, — отреагировал Феникс, спокойно продолжая пить чай. — Главная причина — теперь в тебе. И это твой выбор: считать эту причину достаточной, чтобы желать моей смерти, или поблагодарить меня за подаренный тебе артефакт.
— Говори, — отплевываясь прохрипел Штык. — Хватит ходить кругами. Рассказывай.
— Так ты сам все видел. Осталось лишь кое-что разъяснить. «Цепь судьбы» — артефакт непростой. Мы с тобой теперь как два сиамских близнеца. Любая травма или болезнь у нас теперь одна на двоих.
— Хватит говорит загадками, — устало попросил Штык, вытирая лицо рукавом.
— В том, что я говорю, нет второго смысла. Все очень просто.
