В непроходимых аномалиях Зоны скрывается озеро Подкова, где в плавучем доме живет старик-сталкер с коллекцией редких артефактов. Охотники за наживой, враждующие фракции и опасные мутанты стремятся завладеть его сокровищами. Но Зона беспощадна к алчным и слабым.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Два мутанта» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В непроходимых аномалиях Зоны скрывается озеро Подкова, где в плавучем доме живет старик-сталкер с коллекцией редких артефактов. Охотники за наживой, враждующие фракции и опасные мутанты стремятся завладеть его сокровищами. Но Зона беспощадна к алчным и слабым.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Роман Владимирович Куликов Самиздат подборки серии
В непроходимых аномалиях Зоны скрывается озеро Подкова, где в плавучем доме живет старик-сталкер с коллекцией редких артефактов. Охотники за наживой, враждующие фракции и опасные мутанты стремятся завладеть его сокровищами. Но Зона беспощадна к алчным и слабым.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вязкое отчаяние обволокло его незримым коконом, отнимая волю и всякое желание что-либо делать. Казалось, что даже просто пошевелить рукой — неимоверный труд. Хомяк уже начал подумывать о том, чтобы остаться ночевать прямо в лодке. Да и зачем ему плыть к дому? Что он будет там делать? Генерал Штык ушел, Крот и Буль тоже вернутся не скоро…
«Приказ! У меня есть приказ! — мысленно воскликнул Хомяк. — Генерал Штык отдал мне последний приказ, и я должен его выполнить!».
Эта мысль неожиданно придала ему сил. Он зачерпнул горсть воды и умылся. Помотал головой, сбрасывая морок, и снова взялся за весла.
Рядом с лодкой вспух водяной пузырь, лопнул, и в небо ударил мощный фонтан, едва не перевернув посудину. Хомяк вцепился в борта. Ледяная вода окатила его с головы до ног. Он таки пропустил аномалию! Хорошо, еще в стороне сработала, а не прямо под днищем. Если бы Буль сейчас был здесь, то наградил бы нерадивого дисара массой «лестных» эпитетов.
Хомяк собрался. Превозмогая боль и прислушиваясь к своим ощущениям, поплыл к дому.
Когда он, наконец, пришвартовался к платформе, то едва не падал в обморок от усталости. Дрожащими руками привязал лодку, пошатываясь добрел до двери, вошел в дом, выпил целый ковш воды, после чего добрался до кровати, и как был в одежде, рухнул на нее.
Проснулся он от того, что замерз. Быстро скинув все еще влажную одежду, он нашел сухую и стал облачаться, как вдруг замер. До него дошло, что уже наступила ночь, и что он в доме совершенно один.
Закончив одеваться, он поежился, присел на кровать. Прислушался. Хомяк раньше не замечал такого разнообразия звуков, доносившихся снаружи. Оказавшись в одиночестве, он вдруг отчетливо ощутил, как ему не хватает присутствия остальных. Бормотания изучающего очередной артефакт Крота, сопения беззаботного Буля, негромких вздохов, все время о чем-то размышляющего, Штыка.
Вдруг Хомяку показалось, что он услышал снаружи какой-то звук. То ли доска скрипнула, то ли лодка шаркнула бортом… Дисар вздрогнул. Преодолевая накативший страх, он прошелся по дому и закрыл ставни на всех окнах. Делал это торопливо, стараясь не глядеть в темноту, опасаясь увидеть что-то страшное. Вернулся на кровать уже весь в холодном поту. Хотел лечь, но передумал и сел, прислушиваясь.
Тишина.
Давящая, вязкая… гробовая. У Хомяка пересохло в горле. Кровь пульсировал в висках.
Когда внизу что-то гулко ударилось об одну из цистерн, на которых покоился дом, дисар чуть не подпрыгнул и едва сумел сдержать испуганный вскрик.
— Да это всего лишь палка, — произнес Хомяк, пытаясь успокоить сам себя, но вышло только хуже. Его голос так слабо и робко прозвучал в темноте, что страх и одиночество напали на пожилого дисара с новой силой. Для храбрости он взял в руки автомат и прижал к груди.
