Автор
В Новый год дружки сюрпризы не унывают: Вета получает двойной подарок — мужика и глупую подругу, которая заставляет верить в чудеса. Атмосфера суеты и радости смешивается с тайным желанием вырваться из этого круговорота добра и нежелания.
Только вот для взрослых девочек, не обремененных заботами и «прицепами».
– Доброе утро, – наконец, вышла в подъезд и загремела ключами, закрывая дверь. Если бы не дочки, слова бы не сказала. – Иришка, Саша, говорите «Пока» и вызывайте лифт. Мы опаздываем.
– Пока, – послушно попрощались дочки, тут же устраивая спор, кому жать на кнопку лифта. Вета как раз успела закрыть дверь.
– Извините, но вы можете помять платье, – она зашла в лифт и встала рядом с дочками, всем видом показывая, что места для Вениамина уже нет.
– Пока, – мрачно отозвался сосед, прожигая её взглядом. Маленькая месть, но такая приятная. Если бы еще копчик не болел, совсем бы хорошо было.
– Так, давайте быстрее, нужно еще будет переодеться, – торопила Вета дочек, иначе будут на всё отвлекаться и дорога займет черт знает сколько времени. Хорошо еще, что начало в десять утра, поэтому час-пик в транспорте уже прошел и доехать удалось спокойно.
Тротуары успели почистить, так что Вете не пришлось еще и дочек держать за руки.
– Доброе утро!– Вета, войдя в группу, громко поздоровалась с собравшимися. Творился настоящий бедлам. Уж сколько уже было утренников, а всегда всё одинаково: кто-то уже переоделся, кто-то устроил истерику, вдруг отказавшись участвовать, кто-то забыл стишок, кто-то просто плакал. А там двое начинают драку.
– Не хочу!– капризничала одна из девочек. – У нее платье красивеееее.
Девочки такие девочки в любом возрасте.
– Артем дурак! Он плюется!– раздалось в другом углу.
– Это моя колона!– ага, Кате так букву «р» еще логопед не поставил. – Отдай мою колону!
– Саша, снимай куртку и сядь вот тут в углу, – сказала Вета старшей. – Иришка, раздевайся.
Сама же принялась вытаскивать из пакетов платье, туфли, корону и прочие мелочи, чтобы сделать из дочки настоящую снежинку.
– Мама, а я самая красивая?– кокетливо хлопнув ресницами, спросила Иришка, которую Вета нарядила и причесала.
– Самая, – подтвердила Вета, а сама подумала, что мелкая, когда подрастет, даст жару пацанам. Уже сейчас умеет надувать губки и строить глазки. – Куколка ты моя, – обняв дочку, поцеловала её в щеку. – Так, давай иди. И стишок хорошо расскажи, я буду снимать.
Иришка умчалась к воспитательнице, собирающей группу, чтобы начать утренник.
