Можно подержржу?
– Не боишься? – хитро прищурилась она.
– Боюсь… Но так хочется!
– Хочется – бери!
Неловко путаясь в собственных руках, я достал вначале одну девочку. Вторая тут же пустилась в рёв, оглашая стены звуками удивительно громкими для такого маленького тельца. Не дожидаясь пока лопнут мои барабанные перепонки, взял и её. Она сразу замолчала, даря нам благословенную тишину.
– Ишь ты! – раздался за спиной голос Неввы. – Чуют родную кровь!
– Я думал, что ты ушла.
– И пропустить ваше воссоединение? Не… В щёлочку подглядывала! Таким тебя, Висельник, вряд ли ещё кто видел! Запомню на всю жизнь!
– Апа! – прервал детский голосок наш разговор.
– Апа! – сказала вторая дочка и своей маленькой ручкой схватила меня за губу.
Женщины рассмеялись, глядя, как девочки изучают меня, пытаясь ощупать все части моего лица.
– Оставим их ненадолго. – прошептала Невва няньке. – Им сейчас и без нас хорошо!
И они тихонечко вышли, оставив нас втроём.
Я замер, глупо улыбаясь. Как хорошо… Ни одно прикосновение, даже самой любимой женщины, не сравнится с этим доверительным теплом. Глядя в большие, зелёные глаза дочерей, так похожих на глаза из матери, не удержался и прижал девочек к себе, чувствуя, что Ввейда тоже оказалась рядом с нами, обволакивая своей любовью… Только ради этого момента стоило вернуться в мир Сестёр, перенеся кучу невзгод и неприятностей!
– Апа. Усти…
– Плохо…
Чёрт! Чуть не раздавил, потеряв себя в этом приливе нежности. Быстро разжав объятия, посадил обеих на коленки.
– Ну что, мелкие? Теперь я от вас никуда не денусь! Как же с вами играть-то? – озадачился я.
– Иглать! Иглать! – в один голос радостно заявили дочери.
– Блин-банан! А я и не умею! Может, подскажете нерадивому папаше?
В ответ получил лишь внимательные, пристальные взгляды, словно говорящие: ""Ты начни, а мы посмотрим, как справишься!"". Делать нечего. Кажется, мне сейчас устраивают детский, но очень важный экзамен.
– По кочкам! По кочкам! По маленьким дорожкам… – подкидывая на коленях малышек, начал я.
Игра девочкам понравилась! ""Коза рогатая"", вообще, привела в полный восторг. Незаметно для себя я расслабился и уже не думая, что делать дальше, а включился в игру с дочерьми, потеряв всякое чувство времени. Пришло ощущение, что я знал их всю жизнь и каждый день возился вот так с ними на мягком ковре детской.
– То плачут, то смеются в три горла! – внезапно, посреди нашей возни, раздался удовлетворённый голос Настоятельницы. – На сегодня хватит! Детям еда и сон нужны, да и нам с тобой поговорить не мешает.
– Может, ещё немножко? – умоляюще попросил я.
– Успеешь! Ты теперь здесь надолго!
– Ладно… Пошли.