Автор
В окна комнаты, озаренных лишь слабым светом уличного фонаря, проникало немного света. Женщина на постели ласково касалась изгибы тела мужчины — скулы, губы и подбородок, словно возвращаясь ко всему тому теплу и нежности, что она недавно испытала.
А потом вышла меня проводить, ну и выдала: «Прости, я полюбила другого. Скоро свадьба». Я и ушел как потерянный.
— А вы знали, что жених Ольги знаком с Ириной Дубровской? — Мельникову было очень важно, чтобы Марков ответил на этот вопрос.
— «Знакомый!» — усмехнулся Марков. — Да он живет на деньги этой твари, альфонс недоделанный! Это мне в ее магазине кое-кто порассказал. — Марков вздохнул. — Эх, Оля, Оля! Нашла в кого влюбиться.
Мельников, хоть и разделял эту точку зрения, предпочел оставить комментарии при себе.
— И что же вы предприняли, когда узнали, что Ольга погибла?
— Сразу позвонил этой твари! — заявил Марков. — Видел, говорю, и «семерку» твою, и тебя.
— И что же Дубровская?
— Ну, известно что! — все более распалялся Марков. — Заявила, что я алкаш, которому невесть что мерещится. Что в это время ее там и близко не было, а сама она только что из Москвы прилетела.
— А что же вы? — подгонял Андрей задумавшегося Маркова.
— А что я? Я ей так и сказал, чтобы всякую чушь про Москву не порола.
— То есть машина Дубровской попала в запись дорожной камеры видеонаблюдения? — переспросил Андрей, понимая, насколько важным это может оказаться для следствия. Это уже не просто свидетельство Маркова против ненавистной ему Дубровской. Это документальное подтверждение его показаний.
— Ну да, — уверенно подтвердил Марков. — И время, и дата, все как положено.
— И после того как вы сообщили это Дубровской, она пригласила вас в коттедж.
— Точно, — кивнул Марков. — Сказала, что да, мол, была в Верхней Осиновке. Приезжала, чтобы со мной повидаться, какое-то деловое предложение у нее созрело, ну и так далее. А меня не застала, вот и уехала. Еще добавила голоском таким слащавым, жаль, дескать, что мы разминулись.
— И вы ей поверили? — удивился Мельников.
Марков презрительно хмыкнул.
— Да я ей сразу сказал, что б мне тут не заливала.
Марков замолчал и тяжело вздохнул. В этот момент Мельникову показалось, что его собеседник жалеет, что Дубровская не рассчитала силу удара.
