Девушка сдает декрет и узнает, что сестра получила работу в секретной организации благодаря знакомому директору. Волнуясь, она решается на собеседование вместе с сестрой. Атмосфера ожидания и тревоги накаляется по мере приближения к неизвестности.
– К чему ты клонишь?
– А к тому, идиот, что тебе давно пора отпустить старую боль, – вспылил друг. – Да, иногда любовь и привязанность причиняет боль, но без них жизнь становится пустой. Езжай к Саше, эта чудесная девушка влюблена в тебя. И ты будешь жалеть всю жизнь, если упустишь её.
– Влюблена? – я усмехнулся, не обращая внимания на расшалившееся сердце. – Ты чего-то путаешь. Она меня всю неделю не замечала.
– Идиот, – снова припечатал Олег. – Короче, мне некогда расшаркиваться. Ты помниться обещал мне выполнить любое желание после того, как я вытянул тебя из той заварухи с махинациями.
– Но я не умею быть отцом, – возразил я. В глубине души я почувствовал удовлетворение и даже предвкушение, но старался не придавать этому значению. Ведь теперь у меня есть предлог, чтобы поехать к Саше немедленно.
Но я, действительно, не знал, как им быть. Сам рос без отца. Поэтому когда заявилась Лена с трехгодовалым ребенком – «моим» сыном, решил что не оставлю его без внимания. И я старался стать образцовым отцом все три месяца, что мы прожили вместе. Даже жениться тогда собрался. Но на работе начались неприятности. И когда повисла угроза тюрьмы, Лена собрала вещички и свалила в закат. Я же, как дурак, попытался остановить её ради нашего сына. И тогда она призналась, что Лешка – не мой.
– Не дрейфь, – выдал Олег и хлопнул меня по плечу. – Ты справишься, даже не сомневайся.
Мне б его уверенность. Я криво усмехнулся. Но продолжить тему не успел: на кухню вкатилась Милена, чтобы продемонстрировать свои успехи в освоении роликов.
– И почему ты ещё здесь? – спросила Вика меня с улыбкой. – Если что, Саша в пять вечера собирается к сестре поехать. А я думаю, вам лучше поговорить наедине.
Я поднялся и, обняв крестницу, посмотрел на остальных Левиных.
– Приезжайте в гости на праздниках всей семьей, – предложила Виктория мне.
Семьей? Звучит так непривычно, что даже слух режет.
