Да, вы двое можете сами прийти к соглашению, и суд примет его во внимание, но не обязан следовать ему. Но если соглашение пары выглядит разумным, суд обычно принимает его. Поскольку Лондон еще очень мала, высказать свое мнение она вряд ли сможет. И пожалуй, это даже к лучшему.
Я подозревал, что все это ему придется повторить.
– И чего же хочет Вивиан?
Тальери вынул из папки присланное мне соглашение.
– Что касается имущества, то она хочет раздела поровну. То есть половину стоимости дома, половину денег, лежащих на вашем текущем и инвестиционном счетах, половину ваших пенсионных накоплений. Еще хочет внедорожник и половину стоимости всего домашнего имущества наличными. И – кругленькую сумму, видимо, половину средств, которые вы вложили в свой бизнес.
Внезапно я почувствовал слабость.
– Ну, еще алименты, причитающиеся бывшей жене…
– Какие алименты? Сейчас она зарабатывает больше меня и встречается с миллиардером.
– Я не говорю, что она непременно их получит. Но подозреваю, что воспользуется этой возможностью, как и остальным, чтобы заполучить то, что ей нужно.
– Да, – кивнул он. – Лондон.
После встречи с Тальери в офис я уже не успевал. И, сразу направившись в школу, приехал довольно рано. Я пересматривал соглашение, которое заполнило мои мысли, когда наконец услышал, что в окно стучат.
Она была в узких потертых джинсах, рваных на коленях, и облегающей футболке. Увидев ее, я почувствовал себя немного лучше. И вышел из машины.
– Я как раз собиралась задать тот же вопрос. Я думала о тебе последние несколько дней и переживала, как прошел воскресный вечер.
– Как и следовало ожидать. Все объяснения взяла на себя Вивиан.
– Как дела у Лондон?
– Вроде бы ничего. Если не считать затянувшейся простуды.
– Бодхи тоже простужен. Вчера зашмыгал носом. По-моему, болеет уже больше половины класса. У них рассадник инфекции. – Она вгляделась в мое лицо. – А в остальном как ты?
– Так себе, – признался я. – Пришлось сегодня встретиться с адвокатом.
– Ох… – простонала она. – Для меня эти встречи были пыткой.
– Да, невеселые дела. Кажется, что все это дурной сон – ведь такого просто не могло случиться. Но это правда.
Она пристально смотрела на меня, и я вдруг заметил, какие длинные у нее ресницы. Неужели они всегда были такими? Я понял, что невольно перебираю в голове воспоминания.
– Ты узнал все, что хотел? – спросила она.
– Я и не представлял толком, что мне нужно знать. Вивиан прислала соглашение об урегулировании претензий с условиями, со своими условиями. Вот его я и читал.
– Я не юрист, но если у тебя появятся вопросы – звони. Правда, не уверена, что смогу ответить на все.
– Спасибо, – сказал я.
– Дэвид уже уехал в Австралию?
– Да, вчера вечером.
– Очень. Да еще приболел.