Несмотря на свои сомнения, я узнаю, что родовой дар Родового Дара связан с металлом - тем же самым, что и у меня. После этого звонка Семена мне стало ясно: если мы действительно родственники, я смогу ощутить завихрения его каналов. Волнение от этих мыслей заставило меня занять позу для медитации, чтобы успокоиться и принять обстоятельный подход к этому вопросу....
Похоже, «Дважды одаренный. Том II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А если нет, ты, Александр, не стесняйся и скажи там, кто ты есть.
— Можешь ещё добавить, что я тебя пригласил, — широко улыбнулся Григорий.
Пётр покосился на него с подозрением, вздохнул и проговорил:
— Мы оба тебя пригласили. Так будет вернее.
— Эй, думаешь, одной моей рекомендации мало? — возмутился его друг.
— Чем больше рекомендаций, тем лучше, — парировал черноволосый.
Я усмехнулся. Легко с ними общаться, хотя каждый из них в два с лишним раза старше моего нынешнего биологического тела.
Но этим ведьмакам плевать на такие условности.
* * *С Григорием и Петром я просидел ещё минут тридцать, задавая интересующие меня вопросы о жизни ведьмаков и походах в Проклятые Земли. Мужики охотно делились советами, а потом мы довольно тепло попрощались — Пётр сказал, что им пора разъезжаться по домам и начинать подготовку к следующему походу.
Когда ведьмаки уселись в такси, уже вовсю рассвело. Посмотрев вслед удаляющейся машине, я двинулся в сторону ворот Академии, с наслаждением вдыхая аромат утренней свежести.
Поняв, что у меня ещё минут двадцать до открытия, я решил заложить круг и прогуляться по кварталу.
Именно в этот момент, когда я шёл по пустой улочке, у меня вдруг зазвонил телефон.
И кому только не спится?
Я достал трубку из кармана и взглянул на экран.
Хм… ещё и номер неизвестный.
— Алло, — ответил я.
На той стороне пару секунд висело напряжённое молчание, а затем резкий мужской голос произнёс:
— Доброе утро. Александр Егоров?
— Всё верно, здравствуйте. С кем имею честь?
— Боярин Андрей Степанович Мурашов.
Он говорил пылко и решительно. Я невольно вспомнил саму Алину и её огненную стихию, отчего улыбнулся."
"— Пожалуйста, Андрей Степанович, — спокойно проговорил я. — Я принимаю благодарность, но хочу, чтобы вы знали: ваша дочь — мой друг и важный человек для другого моего друга. Я просто не мог остаться в стороне.
На этой ноте я заметил, что подошёл к главным воротам Академии, бросил взгляд на уличные часы, висевшие возле них. Уже пускают. Отлично.
