Азами медленно шла по алле Центрального парка в фиалковом свете заходящего солнца. Ее старший брат внимательно оглядывался, как будто ища кого-то. Весенний вечер осенней ночи проникал через низкие деревья, создавая таинственный узор на лужайках.
— Зачем они так ярко освещены? Что там происходит?
В глазах провожатого, внимательно разглядывающих биолога, отражались крепостные огни.
— Опытное хозяйство, — в первый раз соизволил ответить он. — Животноводческая ферма.
— Ферма? — покачал головой Пендергаст. — Нет, меня это не интересует. Мне нужно в лес. — Он порылся в рюкзаке и достал еще один фонарик. — Это для вас. Пожалуйста, не пользуйтесь обычным фонарем. Королева Беатрис не выносит яркого света. Следуйте за мной, не отставайте и не шумите.
Он протянул Эгону красный фонарик и направился вглубь леса.
"— Не шумите! — прошипел он, не оборачиваясь, когда Эгон запнулся о корень и едва устоял на ногах.
Они продвигались вверх по склону. В этой части леса не попадалось никаких признаков присутствия человека; похоже, никто из горожан сюда не забирался.
— Вот она! — вдруг закричал Пендергаст. — Вы видели? Боже мой! Не могу поверить!
И он рванулся вперед через подлесок, мигая красным фонарем и суетливо размахивая на бегу сачком. Эгон окликнул его и бросился в погоню, но поскользнулся и упал лицом вниз.
Десять минут спустя, устроившись на массивной ветке приблизительно в тридцати футах над землей, Пендергаст наблюдал, как Эгон мечется по лесу, обшаривая мощным фонарем каждый куст и выкрикивая имя Фосетта хриплым от испуга голосом.
Он подождал еще полчаса, пока его провожатый не удалился на достаточное расстояние к югу. Затем с ловкостью обезьяны бесшумно спустился с дерева. Прикрепив к фонарю специальную коническую насадку, Пендергаст стремительно направился на север, поднимаясь по склону. Через полчаса он оказался на узкой кромке между двумя кратерами. Здесь он выключил фонарь.
