Азами медленно шла по алле Центрального парка в фиалковом свете заходящего солнца. Ее старший брат внимательно оглядывался, как будто ища кого-то. Весенний вечер осенней ночи проникал через низкие деревья, создавая таинственный узор на лужайках.
— Стрелять одиночными, — спокойно приказал он, а полковник повторил команду на португальском.
Шаги приближались, отдаваясь эхом в изгибе тоннеля. Маленький отряд собирался дать врагу решительный бой.
Раздался резкий, лающий приказ, и немецкие солдаты остановились вне видимости Пендергаста и бразильцев. Внезапно наступила напряженная тишина. Затем две ловко брошенные гранаты отскочили от стены и покатились по полу к сидящим в засаде.
Пендергаст и спецназовцы вздрогнули от неожиданности, мгновенно вскочили и бросились к двери в нише.
Ошеломленно помотав головой, Пендергаст выстрелил в облако дыма и пыли. Он услышал звук падающих с потолка каменных блоков и понял, что немцы не смогут атаковать по крайней мере до тех пор, пока обвал не прекратится.
— Отходим! — приказал он, снова стреляя в невидимого за пылью и дымом врага.
Полковник и три уцелевших спецназовца побежали.
— Направо! — крикнул он бегущим впереди товарищам. — Direita!
Они свернули, оставив позади заполненный пылью тоннель. Здесь было совсем темно, но спецназовцы достали фонари и осветили дорогу.
Впереди показалась спиральная каменная лестница, спускающаяся в темноту.
Позади слышался топот бегущих солдат.
Лестница частично обрушилась, и Пендергаст с товарищами не раз спотыкались и падали на скользких, шатающихся камнях, пока не очутились на самом нижнем ярусе крепости.
Тоннель разделился, а затем привел в большое помещение с куполообразным потолком. В центре его виднелась странная конструкция: стальная клетка площадью приблизительно в пятнадцать квадратных футов, с надежным запором. Она не стояла на полу, а скорее ограждала глубокую трещину в фундаменте крепости.
