– Ой, мне наука в голову не лезет, вон Славка отправил меня в колледж, дизайнером стать велел. И че? Ой, там такие дуры учились! Прикинь…
Я снова перестал слушать Веру. На меня навалилась тупая усталость и какая-то несвойственная мне депрессивная безнадежность. Все люди нормальные, женятся, рожают детей, а я отщепенец, может, попытаться изменить себя? Расписаться с Верой и начать тихую жизнь мещанина?
Перед глазами мигом развернулась картина. Обрюзгший от домашних пирогов и жирных супов Иван Павлович сидит в кресле с газетой в руках. У его ног, на ковре, весело возятся детки: мальчик и девочка, очаровательные карапузики. На диване, с вязаньем в руках, сидит слегка раздобревшая, но по-прежнему симпатичная Верочка, ее глаза устремлены в телевизор, на экране которого бушуют мексиканские страсти.
– Милый, – нежно воркует Верочка, – хочешь печенье с чаем?
Я ласково улыбаюсь и…
Внезапно картина исказилась. Иван Павлович вскочил на ноги, газета упала на пол.
– Как вы мне надоели! – завопил господин Подушкин. – Печенье, блин! Ну ваще! Жри сама!
Вера испуганно заморгала, дети зарыдали…
Я встряхнулся, прогоняя наваждение. О господи! Ну и чушь мне привиделась. Слово «блин» я произношу крайне редко и лишь в его прямом значении, ну, когда хочу употребить в пищу блинчики с мясом или вареньем…
Окончательно из раздумий вырвал меня мобильный, который бодро заиграл танец с саблями Арама Хачатуряна. На том конце провода была Нора."
"– Слушай внимательно, – велела хозяйка, – с самого начала я пошла не туда. Нет бы мне понять: оживших фобий не бывает. Эта Франсуаза никакая не глухонемая, и не Франсуаза она вовсе, а девчонка, ловко сыгравшая написанную для нее роль. Ее внедрили в дом к Игорю, чтобы украсть некую ценную вещь, ну как у этих, несчастных…
– Гали и Миши Кусковых?
– Да, вероятно, что эта лже-Катя, обокравшая доверчивую пару, и Франсуаза одно и то же лицо. Рита Воскобойникова знала ее под именем Карины. Доказательств у меня нет, просто ощущение. Следовательно…
– Мне ехать в центральный офис агентства!
– Ваня, не сыпь глупостями. Обращаться в «Вир» после того, что мы узнали, опасно, – рявкнула Нора, – да и, скорей всего, сотрудники ничего не подозревают о «дочернем» предприятии и темных делишках. Нет, пойдем иным путем. Поезжай к Игорю, он тебя ждет, поговори с ним и попытайся выяснить две простые вещи. А) Кому он рассказывал о Франсуазе? С кем поделился психологической проблемой? Кто был в курсе его мании? Именно этот человек каким-то образом связан с происшедшим. Б) Чем обладает Игорь? Какие ценности хотела спереть у него Франсуаза? Может, она их стащила, да Игорь не рассказал нам о пропаже. Ясно?
– Более чем, – бодро воскликнул я, чувствуя, как оцепенение покидает тело.