– Нет проблем, – сказал он спустя пару секунд, – только вы мне помогите, одному неудобно пачки сверху снимать.
Примерно через полчаса, перемазавшись в пыли, Игорь радостно воскликнул:
– Во, добрался, держите.
Я схватил стопку толстых журналов, крест-накрест перевязанных простой веревкой, и отчаянно расчихался.
– Аллергия? – сочувственно спросил Самойлов.
– Нет, – кашляя, ответил я, – сам не пойму, что случилось.
– Пыли надышались, – поставил диагноз Игорь и ловко перерезал бечевку, – вот он, журнальчик, а вон и статья большая, с фото, глядите. Ничего девочка, а? Только сейчас она уже небось не такая красавица, наверное, замуж вышла, детей нарожала и матроной стала.
Я посмотрел на снимок и не удержал восхищенного вздоха. Арина Гофмайстер и впрямь была удивительно хороша. Смуглая кожа, огромные глаза, которые оттеняет удачно подобранное платье. Красиво очерченный рот, прекрасные волосы и при этом пышная, наверное, искусственно поднятая корсетом грудь.
Утро следующего дня началось со звонка Веры.
– Милый, – закудахтала она, – а где мои ботиночки?
– О господи, – простонал я, садясь на кровати, – совсем забыл! Лежат в багажнике, если хозяйка разрешит отлучиться, то скоро привезу.
– Ждем тебя, любимый, – радостно воскликнула девушка.
– С кем? – насторожился я.
– Так нас двое, я и сыночек! – захихикала Вера и отсоединилась.
Я от отчаяния застонал. Сейчас начнет трезвонить Лиза, ее обновки тоже в «Жигулях». И точно, сотовый закудахтал.
– Не сердись, – быстро сказал я, – сейчас приеду.
– Очень хорошо, – подчеркнуто ровным голосом ответила Николетта.
– Это ты! – вырвалось у меня.
– А чьего звонка ты ждешь? – ехидно поинтересовалась маменька. – Ах, прости, совсем забыла, ты же у нас будущий папаша, отец милых крошек! Отрезанный ломоть!!!
– Извини, не понял.
– Немедленно ко мне, – заорала маменька, – сейчас все и объясню. Вот она, проклятая подушкинская порода, никому бы из Адилье в голову подобное не взбрело. Короче говоря, коли через секунду не явишься в МОЮ квартиру, считай себя сиротой!
– Николетта, – попытался я слегка вразумить маменьку, – извини, но мне никак не успеть к тебе за пару минут, в Москве большие пробки."
"Вообще-то доводы рассудка совершенно не действуют на маменьку, услыхав мой спокойный голос, Николетта впадает в раж, начинает визжать, но сегодня в трубке повисла тишина, а потом раздалась фраза, произнесенная словно Снежной королевой:
– Решение принято, поспеши!
Недоумевая, я заглянул к Норе и нашел хозяйку обложенной толстыми томами, руки ее быстро перелистывали страницы.
– Пришел получить задание, – отрапортовал я.
– М-м-м, – протянула Нора.
– Куда ехать?
– М-м-м.
– Простите, не понял.
Элеонора оторвала глаза от текста.
– Ваня, пока ты мне не нужен.