Автор
В звездном светлом вестибюле отеля сияла напоминающая фотографии фигура. Встречаясь с незнакомкой, Арам Барсегян не верил своим глазам - до сих пор его сердце разыскивало ту, которую он считал ушедшей. "Она или не она?" - вопрос продолжал теснить его мысли, как булавка в ритме галопа лошади....
Мысленно зарычал, гадая, что могло вывести родителя из себя. Ведь просто так являться в таком настроении тот не стал бы.
Секретарь даже не пискнула. Она вообще, наверное, спряталась под стол — от греха подальше. Отец влетел в кабинет без всякого доклада.
— Арам! — пробасил он, с шумом закрыв дверь. — Захожу я в отель и кого вижу?
Отец задал вопрос таким образом, будто Арам должен был как минимум прочитать мысли родителя и тут же начать извиняться.
Он встал, обошел стол и присел на него, сложив руки на груди, аккуратно спросил:
— Кого ты увидел?
— Ее! — не заставил себя ждать Баграт.
— Кого ее? — тут-то Арам и заподозрил неладное.
— Скажи мне как на духу, сын, ты из-за этой маленькой дряни решил бросить Наринэ?!
До Арама наконец дошло, где собака зарыта.
Слова отца неожиданно задели. Больно задели. Сам он может делать с Евой все, что угодно, но не позволит ее обижать никому другому. Даже отцу. Даже заслуженно.
— Не смей называть Еву дрянью, — произнес он с каменным выражением лица.
— Что?! — аж присвистнул отец.
Арам покачал головой.
— Ева здесь вообще ни при чем, это была выгодная сделка.
Баграт сжал кулаки и снова двинулся в наступление:
— Я сейчас же сделаю так, чтобы эта мелкая сикарашка исчезла отсюда!
— Только тронь ее, и на этом наше хорошее общение с тобой закончится, — отчеканил Арам строго.
— Да как ты смеешь… Зачем ты ее защищаешь? Она столько боли тебе причинила…
— Ева — мать моей дочери, — наконец признался Арам.
— Как это?! — охнул отец.
Медленными шагами подошел к дивану и плюхнулся на черную кожаную поверхность.
— Это как это… — снова повторил и помахал себе рукой в попытке остудить пылающее всеми оттенками красного лицо.
— Я сам недавно узнал, — ответил Арам.
Потом подошел, сел рядом и рассказал отцу, как встретил Надю, как Ева пыталась скрыть ее возраст, как почувствовал в ней родственную душу.
"— Очень тебя прошу, отец, не трогай Еву. Я сам решу, что с ней сделать.
Баграт немного отдышался, потом вперил в сына полный гнева взгляд и продолжил:
— То есть будешь с ней спать, а законная жена пусть слезы льет в холодной постели?
Арам громко выдохнул и вскочил с дивана, снова сложил руки на груди.
— Со своей женой я тоже разберусь сам, не маленький.
Баграт тоже встал и ответил, нахмурив брови:
— Ты это матери скажи, она Наринэ уже полдня успокаивает.
