Автор
В звездном светлом вестибюле отеля сияла напоминающая фотографии фигура. Встречаясь с незнакомкой, Арам Барсегян не верил своим глазам - до сих пор его сердце разыскивало ту, которую он считал ушедшей. "Она или не она?" - вопрос продолжал теснить его мысли, как булавка в ритме галопа лошади....
Только и успел, что выглянуть в приемную и гаркнуть секретарю:
— У вас обед! Немедленно уходите.
А потом бахнул дверью, запер дверь. Мысленно поблагодарил прошлого хозяина кабинета за звукоизоляцию.
Все.
Мозг окончательно отключился, остались лишь голые чувства, рефлексы.
— Ева, я тебя сейчас немножко изнасилую, ладно? — спросил, прежде чем припечатать ее своим телом к стенке.
Ответа не дождался, да и неважно ему было, что Ева скажет. Главное — язык в рот пустила и даже обняла за шею.
О большем Арам в принципе за эти восемь лет и не мечтал даже — просто сжать в объятиях Еву без трусов.
* Инфлюенсер (от англ. influence — влияние) в социальных сетях — пользователь, имеющий обширную и лояльную аудиторию. Важны оба свойства: инфлюенсером называют именно такого блогера, публикации которого оказывают заметное влияние на подписчиков.
Глава 36. До мурашек
Арам уже и забыл, какая это роскошь — сжимать Еву в руках… трогать там, где больше всего хотелось, чувствовать ее возбуждение.
Сам не заметил, как рванул полы ее голубого платья, как брызнули в разные стороны пуговицы.
Еще раз отстранился, чтобы налюбоваться, но тут Ева нервно вздохнула, сама к нему потянулась и тоже рванула рубашку.
«Смелее! Быстрее!» — так он прочитал ее жаркий взгляд.
Щелчок ремня на его брюках, жужжание расстегиваемой молнии на ширинке.
Глаза в глаза, губы в губы, одно на двоих рваное дыхание и огромное удовольствие объединили их, сплотили в древней, как мир, жажде разрядки.
Позже, поняв, что конец близок, Арам подхватил Еву и понес на черный диван, стоявший неподалеку. Там положил ее под себя и снова принялся любить. Надеялся, смена позиции поможет ему хоть сколько-нибудь продлить удовольствие, но этого не случилось.
Потом двое взмокших любовников еще некоторое время лежали без движения, вслушивались в тяжелое дыхание друг друга. Ни Араму, ни Еве не хотелось прерывать такой приятный для обоих контакт.
Но прекрасное не может длиться вечно, каким бы прекрасным оно ни было.
