Автор
Ангелина вздрогнула при резком окрике тренера — светловолосая, стройная женщина в свои почти сорок лет. Высокая и ладная, она держит энергичный вид даже за пределами тренировочной зоны. Ангелина чувствовала на себе ее пристальный взгляд, когда тренер указывала ей, что требуется еще усилия для достижения лучших результатов....
Нашу жизнь с Димой расписали заранее, с самых пеленок, словно мы всегда жили и живем по предписанному, давно обговоренному нашими родителями плану.
Откуда-то из глубины души, заполняя каждую клеточку, начинает подниматься чувство протеста, превращаясь в гигантскую волну.
Рядом с Громовым во мне просыпается что-то запретное, чувственное…
Я пока еще не совсем понимаю, что это, но чувствую себя желанной. Мне хочется раствориться и поверить в то, что обещают синие глаза.
Нежность, заботу, внимание, страсть.
Невольно вспоминаю наш поцелуй, горячие шершавые ладони, скользящие по обнаженной покрытой мурашками коже живота…
- Боже, я схожу с ума, – шепчу, убирая от цветов пальцы и прижимая их к губам.
Прикосновения твердых требовательных губ ощущаются почти как на яву. Как он целуется! Влажный, жаркий поцелуй произвел на меня такое впечатлением, что всю следующую ночь мне снились сны, о которых просто неприлично говорить вслух.
Ладони тянутся к щекам, чтобы хоть как-то унять волнение.
Дико, пошло… Даже неудобно перед самой собой, но я хочу его, хочу понять каково это - быть с таким мужчиной, как Максим.
Подчиниться его силе, хоть чуть-чуть побыть слабой. Вскидываю глаза, понимая, что дыхание стало быстрым и поверхностным.
Я должна остановить это сумасшествие, ведь я почти ничего не знаю о Громове!
Попробовать не думать о нем?
Эта мысль вызывает грустную усмешку. Это просто невозможно! Мужчина так прочно въелся в мои мысли и заполнил мою жизнь, что мне не под силу сделать с этим хоть что-то.
В скором времени мне придется сделать выбор: либо дать четкий отказ Максиму, либо порвать с Димой.
Я боюсь. Да, я трусиха!
Я боюсь Максима. Боюсь, что для Громова, я - лишь прихоть, труднодоступная игрушка. Во мне еще живы воспоминания разговора трех профурсеток из «Белого кролика».
Даже дурочка может сделать вывод, что этот красивый статный брюнет не моногамен, а отношения иного рода не для меня. Даже сейчас, ухаживая за мной, он наверняка не отказывает себе в удовольствии в постельных играх с какой-нибудь знойной красоткой.
Я выпрямилась, глядя в свое отражение. Нет! Слишком опасно идти на поводу своих желаний. Я просто не имею права. Тем более, зная взгляды Максима на жизнь. Мы слишком разные, словно из разных миров.
Вижу в отражении зеркала, как по бледной щеке медленно катится крупная слеза. Резким движением смахиваю ее. Вспоминаю слова Татьяны о том, что самая большая сила женщины — это независимость.
