– Да к тому, что подозреваю я, Больших, изводишь ты себя излишним самоедством! Вот ответь честно, подумай: ну, хорошо, заподозрил бы ты неладное раньше, договорился со всеми возможными врачами на предмет обследования Веры, она бы тебя послушалась и побежала анализы сдавать? Или ты бы ее за ручку водил по кабинетам? Насколько я понимаю, пока ее до края не приперло и «Скорая» не увезла, она в больницу по собственной воле так и не дошла. А при наилучшем раскладе, если бы ты раньше заметил ее состояние и обследования все она прошла, и в больницу легла, ты бы себя тогда не винил? Диагноз, по-любому остался прежним, и что, ты бы себя не корил?
– Стаська, я не понял, ты меня что, ругаешь или защищаешь? – подивился ее расспросам Степан.
"
"– Разумеется, защищаю! Ото всех на свете и от тебя самого! Кому же тебя защищать, если не мне! – иронично возмутилась Стаська. – Это я так расспрашиваю, чтобы понять, что так сильно тебя мучает.
Он припарковался возле Аниного подъезда, вышел из машины, поставил ее на сигнализацию, но в подъезд не пошел, остановленный последним Стаськиным высказыванием.
– Да все сразу, – признался больше себе Степан, – и что не заметил ее болезни, пропустил, врач называется, и что принял решение расстаться, и не могу признаться ей сейчас в этом, а с другой стороны, молчанием вроде как надежду даю, и Ёжик с Ольгой Львовной напуганы, и не бросишь их…
– И что не любишь ее, и никогда не любил, – подсказала Стаська, – и чем дольше ты рядом с ней, в ее проблемах, тем сильнее тебе хочется слинять? Это больше всего?
– И это, Стасенька, и это…
«И то, что безумно хочу к тебе, но не могу!» – подумал Степан, но не сказал вслух – это совсем уж неподъемная тема для них обоих в данный конкретный момент.
Он даже слегка струхнул, что Стаська, ничего не боящаяся и не признающая между ними условностей, произнесет эти слова.
По старой укоренившейся годами привычке струхнул.
Она не сказала, но Больших почувствовал, что услышала его и без слов и все поняла.
– И она тебя тоже не любила, – поразила новым заявлением Стаська.
– Если б любила, не скрывала, что ей плохо! Я вот железно обещаю, даже если ударюсь коленкой, первым делом прибегу к тебе жаловаться и стонать!
– Я поцелую, подую, и все пройдет! – легко рассмеялся он.
Она молодец! Она вырулила из тяжелой темы и ему помогла!
– Ладно, маленькая, я у сестрицы. Дениску к моим родителям, ее к Юре в больницу, потом обратная перестановка, Аньку с ребенком домой, наверное, у нее и останусь.
