Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
Стояла папка на верхней полке, рядом с делами, которые Иванцов вел в прошлом году.
Объяснение этому я нашла довольно быстро. Потянула папку на себя и поняла, что она пуста, уж очень легкой оказалась.
Так и есть. После моего визита Вадим Петрович решил убрать материалы с глаз долой, а папку машинально поставил на верхнюю полку.
– Здесь только деньги, – поворачиваясь ко мне, заявил Нил."
"И я увидела, что он стоит перед открытым сейфом. Сейф был небольшой и замаскирован картиной, которая сейчас лежала на столе.
– Справился? – спросила я с усмешкой.
– Как видишь, обошелся без твоей помощи.
– Подумаешь, я тоже так могу. Обидно, если бумаги он унес с собой.
– Или вовсе уничтожил, – пожал Нил плечами.
– Что ж в них такого любопытного, если он решил их спрятать?
Я повертела пустую папку в руках и заметила надпись карандашом, на которую поначалу не обратила внимания. Это была дата, и она озадачила.
Я направила луч фонаря на папку, желая убедиться, что ничего не путаю. Если верить дате, дело было заведено в сентябре прошлого года.
Москаленко семь лет терпеливо ждал, когда полицейские выйдут на след убийцы, а потом вдруг решил обратиться к детективу? Или это было уже второе обращение?
На всякий случай, я еще раз проверила папки.
– Уходим, – закрывая сейф, сказал Нил.
Я вновь чертыхнулась. Он, конечно, прав, нам пора уходить. Но ответов на мои вопросы я так и не получила.
Вернув папку на место, я направилась к выходу, Лукашов шел за мной.
Возле двери на улицу мы на мгновение задержались, прислушиваясь.
– Я первая, – шепнула я и, осторожно приоткрыв дверь, выскользнула на улицу.
В тот же миг некто мертвой хваткой сдавил мне горло. Нападавшего я видеть не могла, он был за моей спиной и давил на горло локтем. Я наугад пнула его, боясь, что вот-вот потеряю сознание, хватка ослабла, но вовсе не мой удар был тому причиной. Я слышала, как охнул нападавший, значит, в дело вступил Лазарь. Меня с силой оттолкнули прочь, и мужчины сошлись в рукопашной.
Но Нил смотаться не спешил, раз уж был очень занят. Противник ему явно проигрывал, и я могла не вмешиваться, но тут у нападавшего появился весомый аргумент: пистолет, который он, похоже, намеревался пустить в дело. Вид оружия Нила нисколько не напугал, скорее разозлил.
