Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
Найдется для меня футболка?
– Найдется.
Он достал из шкафа футболку и полотенце, протянул мне.
– Не скучай, милый, я быстро, – пропела я, а он, усмехнувшись, покачал головой.
В ванной я пробыла недолго и сразу пошла в спальню с одиноким диваном. Футболка Нила доставала мне почти до колен, и я решила: она вполне сойдет за домашнее платье.
Тут и Нил появился, принес постельное белье. Я сидела на диване, он наклонился, положил белье на подлокотник.
Лукашов был совсем рядом, я видела шрамы за ухом и ближе к виску.
Я провела рукой по его волосам, он вскинул голову и теперь смотрел мне в глаза. От его взгляда вдруг стало не по себе, и я сказала:
– Шрамы.
Вышло испуганно.
– Когда я в больнице впервые увидел себя в зеркале, был похож на лоскутное одеяло. В общем, к новой роже пришлось привыкать.
– Очень изменился? – спросила я, не опуская рук.
– Узнать можно, – ответил он.
Положил ладони на мои руки, и стал меня целовать.
Первым побуждением было заехать ему в ухо, но быстро прошло. Вместо этого на поцелуй я ответила, и оказалась в его объятиях. Какое-то время я еще пыталась решить, зачем я это делаю. Но очень скоро и эти мысли меня оставили. Что по этому поводу думал он, осталось загадкой, скорее всего, тоже ни о чем не думал, просто следовал инстинктам. Будь на моем месте другая женщина, а на его – другой мужчина, мы, должно быть, вели себя так же.
Как бы то ни было, но греху сладострастия мы предавались самозабвенно, и я скоренько завязала с размышлениями, решив просто получать удовольствие.
«Потому что компания совсем неподходящая», – пискнул напоследок здравый смысл и заткнулся.
В комнате было почти светло, когда мы, наконец, угомонились. Моя голова на его плече, он с усердием разглядывает потолок. До этого момента мы обходились минимумом слов, но теперь, по законам жанра, требовалось что-то сказать. Хотя, похоже, так считала только я.
– Комплименты принимаются? – задала я вопрос.
– Обойдусь.
– Почему-то я так и подумала. Но все равно скажу: ты классный любовник.
– Да?
– Я доброго слова не заслуживаю?
Он засмеялся, провел пальцем по моим губам, поцеловал меня, но теперь поцелуй был нежным, не страсть, а благодарность.
– Не очень умный поступок, – вздохнула я.
– Ты о чем?
– О ситуации в целом. Меня оправдывает одно: почти полгода без секса – это испытание.
– У меня воздержание длилось куда дольше.
– Сочувствую.
