Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
– Хвастать пока нечем, – стараясь скрыть зевок, ответила я. – Однако кое-что выяснила. Вашего одноклассника крышует местный авторитет.
– Черт, – выругалось начальство. – Думаешь, они чего-то не поделили? А ко мне какого лешего сунулся? На защиту от тамошних ментов не надеется? А я чем помогу за триста верст? ОМОН пришлю? Идиот… Ты там поаккуратнее, – добавил он, однако бросить это дело не предложил.
– Да я по краешку пробегусь, – заверила я.
– Вот-вот. Поговорила с людьми, отчетик составила… Ну, ты понимаешь.
– Понимаю. Сейчас как раз собираюсь звонить другу семьи. Может, расскажет что-то интересное. Хотя вопрос: захочет ли крупный бизнесмен со мной встретиться.
– С тобой да не захочет? Ты кого угодно уболтаешь, – подхалимски заключил Михалыч и простился.
Я отправилась в душ. Когда чистила зубы, услышала звонок гостиничного телефона. Торопиться не стала, однако кто-то проявил настойчивость, вслед за первым звонком раздался второй, а потом и третий.
«Это кому же так неймется?» – подумала я и сняла трубку.
– Здравствуйте, – произнес мужской голос, и я сразу его узнала. Впрочем, мужчина поспешил представиться. – Это Марек. Бармен из «Камеи». Помните меня?
– Редкое имя.
– Ага. Я… хотел бы с вами поговорить.
– Отлично. Загляну в бар.
– Не моя смена. Да и не хочу я, чтоб нас видели в баре.
– Марек, я прошу прощения за любопытство, но оно, согласись, извинительно. Как ты меня нашел?
– В этом-то все и дело. Не я нашел, а кое-кто из наших завсегдатаев.
– Понятно. А что они еще сказали?
– Об этом не по телефону. Сможете подъехать часов в пять на Зацепина, дом один? Войдете в арку, дальше пустырь. Нас там никто не увидит.
– А какое-нибудь более комфортное место не подойдет? Кафе на окраине? Или парк, на худой конец?
– Не хочу я светиться. Если они нас вместе увидят, мне конец.
Он повесил трубку, а я немного послушала гудки.
Допустим, он слышал разговор и узнал, где я остановилась. Но что такого он хочет сообщить мне? Убедившись в том, что я интересую бандитов, парню куда разумнее держаться в стороне. Или он добрый самаритянин? Если честно, не похож.
Оставив решение этой задачи на потом, я позвонила Москаленко.
Он ответил, и мне пришлось долго объяснять, кто я такая.
