С тех пор как они стали друзьями, она столько раз представляла себе, как выглядит комната Итана, и всегда видела ее захламленной картами звездного неба, частями телескопа, старыми наборами юного химика, потрепанными тетрадками и грудами поэтических сборников. Но в этой комнате царил безупречный порядок. На ковре виднелись следы пылесоса. Пара черных альпинистских перчаток лежала на тумбочке рядом с блокнотом в кожаной обложке, который Эмма заметила в руках у Итана в день их знакомства. На письменном столе стоял лишь старенький ноутбук – и больше там ничего не было, даже шариковой ручки. Кровать была заправлена так аккуратно, что могла бы пройти самую жесткую инспекцию гостиничного сервиса – на покрывале ни морщинки, подушки сложены в ряд. Эмма когда-то работала горничной в отеле «Холидей Инн», и менеджеры всегда ругали ее за то, что она плохо взбивает подушки.
Эмма взглянула на Итана, не решаясь спросить, действительно ли это его комната. Уж очень скучно и безлико она выглядела. Но Итану и так было неловко, и ей не хотелось его обижать. Она села на кровать и полезла в карман за пачкой писем.
Итан брал в руки каждое письмо и бегло просматривал. Эмма почувствовала вспышку вины, как будто предавала сестру, раскрывая ее секреты.
Эмма почувствовала, как щекам становится горячо.
– Похоже, они очень нравились друг другу.
– Это как-то чересчур… Убить девушку из-за того, что она медлит разорвать другие отношения?
– Убивают и за куда меньшее. – Итан с отсутствующим видом уставился на свои руки. Выглядел он так, словно его что-то огорчило. Наконец он заговорил, медленно, тщательно взвешивая слова. – Может быть, Саттон взбесила его. Она была мастером манипуляций.
– Что это значит? – резко спросила Эмма. Ей не понравился его тон. Или то, что он сказал про ее сестру.
– Сегодня ты у нее в любимчиках, – продолжил Итан. – А завтра она мешает тебя с грязью. Я видел, как она проделывала это с парнями. – Он нахмурился. – Может, так вышло и с Тайером. Возможно, этим она довела его до белого каления, и он просто… сорвался.
У Эммы взмокли ладони. Могло ли легкомысленное поведение сестры довести Тайера до крайности? Если она дразнила его, то приближая, то отталкивая, и встречаясь при этом с Гарретом, это могло привести его в ярость.
– Может быть, – прошептала она.
– И что, по-твоему, нам теперь с этим делать? – спросил Итан.
– Можно позвонить в полицию, – предложила Эмма.
Эмма поднялась с кровати и принялась расхаживать по комнате.
– Наверное.
