Автор
Маргарита и Эльвира, две коллеги по работе, выясняют отношения в экстремальных условиях: Маргарите нужна помощь от подруги Эльвиры, которая наивно полагается на то, что просто маленькая услуга не повредит. А между тем каждая из них знает, сколько обещаний были не兑现. В этом противостоянии двух женщин погружается читатель в драматичную и интригующую историю, полную взрывов и решений....
– Зачем? Хочешь сказать, что ты поступил как последняя скотина и попросить прощения?
– Тут такое дело, помнишь, я подарил тебе брошь своей матери?
Эмиль никак не прокомментировал мой вопрос, а брошь я прекрасно помню: красивая, с россыпью разноцветных камней, восточный орнамент и, как говорил мой бывший парень, очень старинная.
Он рассказал целую легенду о том, что старший мужчина в семье вот уже несколько поколений дарит ее своей любимой, той, что будет рядом всегда. Господи, я слушала развесив уши, и верила тогда каждому его слову.
– Ты хочешь, чтоб я тебе ее вернула?
Не дождавшись вопроса, сама задаю его. Сжимаю ладонь в кулак, больно впиваясь ногтями в кожу. Эмиль молчит, только тяжело дышит в трубку.
– Да что ты за мужик, который ничего сказать и объяснить толком не может? Пришло время дарить ее той самой, единственной? А у нее тоже также через какое-то время заберешь?
– Маргарита, все совсем не так, я не должен был дарить ее тебе, мать кинулась искать, спустила на меня всех собак. Хочешь, я взамен привезу тебе другую?
Слезы потекли по щекам, сажусь на скамейку, прохожие смотрят с жалостью, а в груди такая боль, словно там ковыряют тупым ножом.
– Мне ничего от тебя не нужно, приезжай вечером, я все верну.
Отключаюсь, сжимаю телефон в руке со всей силы. Да, мама была права, мужчины не стоят наших слез, а мы все равно их льем. Совсем забыла про грустную девочку, обернулась, но ее уже не было на месте. Немного посидев, надела солнцезащитные очки, пошла на остановку, в набитом людьми автобусе доехала до дома.
– Марго, это ты?
Мать называет меня именно так, считая, что имя Маргарита, что дал мне отец, которого она ненавидит вот уже пятнадцать лет, слишком бесхребетное и мягкое. А с детьми как с кораблем – как назовешь, так и поплывет. «Марго» звучит грубо, резко, но, по ее мнению, его носит априори сильная женщина.
Сильная женщина из меня все никак не получается, хоть как назови.
– Да, мам, это я.
Разувшись и бросив сумку на пуфик, иду на ее голос.
Мама сидит за мольбертом, лучи уходящего солнца падают на ее четкий профиль, в руках мундштук, она одета в халат из красной парчи, на голове яркий тюрбан, на лице – задумчивость.
