Автор
В таинственной горнице пенистого домика, где свет от свечей мерцал в тени узких стен, происходило необычное собрание женщин. Сквозь полумрак и шуршание одеяний слышались лишь хрипы дыхания и гулкий щелк перьев — знак того, что важный разговор на тему святого дня проходит в тайне. В этом пространстве, где каждое движение было запечатлено в незаметном прозрачном фонаре свечи, звезды казались особенно яркими и ближе к себе....
– О нет, нет…
Варна выбежала из церкви и понеслась назад, к бане, да так быстро, будто ей вожжа под хвост попала. В ушах свистел ветер, глаза резало, сквозь слезы она увидела бегущих навстречу женщин – непокрытые, в белых рубахах, они были похожи на лебедей. Бежали, кричали, руками размахивали, словно крыльями.
– Мила! – Светлана вцепилась в ее руки, Варна силой удержала женщину на ногах.
– Где она?
– В бане осталась! Разбудили мы лихо!
Варна выругалась крепче прежнего, припустилась бежать, на ходу достала меч из ножен.
– Отец наш Небесный, дай мне… Ай!
Одновременно силу Зверя использовать и к Господу обращаться не лучшая мысль. Тело судорогой свело, Варна повалилась в снег.
– Вставай, давай же! – Ее резко поставили на ноги. – Отбрось колдовство, Варна! – Дарий тряс ее за плечи. – Отец наш Небесный!
– Дай мне сил, дай мне воли. – Из глаз слезы полились, боль жгла нестерпимая. – Пусть рука моя не знает промаха, пусть сердце не знает жалости. Защити, Отец, от проклятий и ядов, от ведьминых взглядов, от морока и порока, от слова дурного, от страха и боли, от слабости плоти, аминь.
Дрожь унялась, сила звериная снова уснула, Слово обогрело, окутало одеялом из света и веры. Варна кивнула Дарию, они вместе кинулись к бане. Возможно, это промедление стоило Миле жизни.
Дверь в баню оказалась распахнута, из темноты доносился тихий голос. Кто-то напевал под нос колядки, без слов, просто мычал.
Дарий достал серп.
Стараясь не шуметь, они обошли баню и заглянули в окно.
Лохматое, сплошь покрытое волосами тело, когти длинные, морду не разглядеть. Напевало, зараза, приплясывало, а потом когтями кусок плоти оторвало от Милы! Та застонала, но не шевельнулась, смотрела на нечисть круглыми глазами и плакала.
– Святочница, – прошептал Дарий. – Есть что-нибудь блестящее?
– Часто ты на мне бусы видел? – огрызнулась Варна.
Они ворвались в баню, Дарий бросился на лохматую тварь, та замычала, на корточки присела и в угол отскочила. Варна кинулась к Миле, за ноги подтащила девку к себе, попыталась серьги снять.
Святочница прыгнула на Дария, тот махнул серпом, но промазал – тварь увернулась и когтями полоснула его по груди. Замерла, замешкалась, но не отступила – набросилась на него, к шее потянулась.
