Автор
В таинственной горнице пенистого домика, где свет от свечей мерцал в тени узких стен, происходило необычное собрание женщин. Сквозь полумрак и шуршание одеяний слышались лишь хрипы дыхания и гулкий щелк перьев — знак того, что важный разговор на тему святого дня проходит в тайне. В этом пространстве, где каждое движение было запечатлено в незаметном прозрачном фонаре свечи, звезды казались особенно яркими и ближе к себе....
– Еды не осталось? – уточнила она.
– Нет. – Он закинул в рот остатки. – А идти еще долго.
– Тогда соберись. Как рана?
– Нормально, – прокряхтел Ёрш в ответ.
Сила Зверя хорошо проявляет себя в бою, когда нужно собраться и вложить всю мощь в отчаянный бросок. Но она не предназначалась для помощи, ее природа – природа зверя, который срывается с места и настигает добычу, а не жертвы, которая может бежать сколько угодно долго. Сейчас Варна чувствовала себя именно добычей.
– Почему ты закрыл глаза? – Она попыталась отвлечься от осознания собственной немощи.
– От стыда, – ответил Дарий. – Не стану шутить о том, что на руках тебя должен носить я, так что…
– И правда, лучше не надо. Мне казалось, ты еще в детстве понял, что со мной такие шутки не пройдут.
– Думал об этом каждый раз, когда ты избивала мальчишек. Но тогда ты не выглядела как натасканный ярчук.
– Так я псина? – уточнила она.
– Что мне будет за шутку про суку?
Она выразительно на него посмотрела, бледные губы растянулись в улыбке, превратив его лицо в уродливую посмертную маску.
– Ярчук, значит, – пропыхтела она.
– Натасканный, – уточнил Дарий. – Ты такая сильная, Светозарные много потеряли. Хотя ты бы покалечила их хрупкое эго, уложив на лопатки парочку зазнаек в белых плащах.
– Будь моя воля, я бы удавила некоторых, – проворчала она. – Их и, – в горле появился комок, – святых сестер.
Они переглянулись. Всё, сказать больше ей не позволяло колдовство. Рослава хорошо поработала над проклятием, в горло будто напихали золы.
Пальцы разжались сами собой, Дарий упал в снег, она запнулась и рухнула сверху. Варна попыталась подняться, но руки дрогнули и подогнулись.
– Говорил же, давай я! – Ёрш потянул ее за плащ.
«Не могу больше», – мысленно произнесла она, но вслух не сказала ни слова, махнула головой, мол, подбери его, а сама перевернулась на спину и уставилась в черное небо.
Устала. Ноги онемели от холода. Она попыталась нащупать искру силы внутри, но ответом ей стало утробное рычание твари, которая заползла куда-то вглубь ее тела, поджав хвост. Даже зверь внутри требует отдыха, но они не могут останавливаться.
– Оставьте меня.
