– В какой-то степени, – вновь кивнул я.
– Я здесь ни при чем, – сказал Милославский. – Вообще. Просто я ожидал чего-то подобного и пытался в меру своих возможностей вас прикрыть. Почему и требовал, чтобы вы остались на Ферме.
Сегодня подобная мысль мне в голову уже приходила, так что впадать в грех неверия я сразу не стал. Может, и так. А может, и нет, так что пусть дальше убеждает, раз я ему настолько нужен.
– За вами пришли коррумпированные сотрудники Горбезопасности. Трое. Занин, Дерябин и Василевич. Все трое погибли на лестнице.
– Кем коррумпированные?
– Организованной преступной группой, которую возглавлял некто Червонцев.
– Так и есть, – неожиданно заговорил Тенго. – Там Червонец в первую руку был, точнее, уже не он, а его помощник, Белоярский, слыхал про такого?
– Нет.
– Его из Горбезопасности выгнали года два назад – вот у Червонца и пригрелся, – сказал Тенго, после чего поблагодарил поставившую на стол бутылку и две дополнительные стопки официантку: – Спасибо, милая.
– А ко мне они зачем пришли?
– Точно не успели выяснить: Белоярского вы в зоне отчуждения убили, – ответил Тенго, разливая водку. – Думаем, что тебя во всех их бедах обвинили – решили просто посчитаться.
– Ну как версия годится, – кивнул я, взяв мгновенно заледеневшую рюмку в пальцы.
– Володь, ты мне тоже не веришь, что ли? – немного возмутился Тенго.
– Тебе верю, не вопрос. Но люди не только врут, они еще и заблуждаются время от времени. А еще их обманывают. Ладно, давай за доверие, – поднял я свой стопарик и чокнулся им с остальными.
«Клюковка» местная была что надо – живой ягоды для нее не пожалели, как раз такую и люблю.
– С моими самолетами что? – неожиданно спросила Настя.
– С самолетами все в порядке, мы даже дополнительную охрану пока аэродрому выделили, – сказал Милославский, отставляя рюмку. – Возвращайтесь и работайте, у города к вам никаких претензий нет. В Горбезопасности внутреннее расследование вовсю идет, арестовали Маленкова, который в ночь нападения оперативным дежурным был, – сочли, что он помогал Занину и остальным.
– Можно ко мне в Захолмье податься, там уже порядок, – добавил Тенго, и я отметил выражение «ко мне в Захолмье». Видать, как я и предполагал, все и вышло: он с дядиными полномочиями туда перебрался.
– Ты теперь там?
– Да, вроде коменданта что-то. – В голосе приятеля сквозило откровенное довольство жизнью. – И Горбезопасности ко мне хода нет – комендачи и мы всем заправляем. Так что прими совет – переезжай, все спокойней будет. У этих Занина и остальных все же друзья остались, ну его на хрен на них нарываться, как думаешь? Настя, ты ему скажи, – обернулся он к ней.
– Мне бы кто сказал, – вздохнула она. – Аэродром в городе, мне летать надо.