Автор
Ночь погружает город во тьму, когда двери кинотеатра начинают медленно открываться, будто устают от своей роли в постоянной битве света и тени. Исторический пистолет "ТТ" не просто оружие, а связующее звено между темными улицами и тайным миром за их дверями. Внутри, каждая деталь приглашает на откровение страшилок и загадок, где реальность сливается со сказкой.
Хотя, с другой стороны, тут во всем кустарщина: откуда среди провалившихся сюда случайных людей набрать всяких крутых профессионалов, да еще во всякой области? Любители здесь кругом, независимо от того, какие важные и грозные названия себе присваивают.
– Если есть подозрения, что из твоего слоя провалился кто-то еще, тебе дадут еще анкет, – взялся я рассказывать то, что узнал сам по ходу дела. – И тому, с кем ты по базовым характеристикам совпал. Если опять совпадения – еще анкеты. И если снова совпали, то ваши дела объединяют по «исходному слою» и секретят. Вот и все, собственно говоря.
– И с кем ты совпал? – явно заинтересовался Кирилл.
– Допуск получишь – и сам узнаешь, – напустил я туману. – Официантка идет.
* * *По-2 неторопливо и вальяжно спланировал на утрамбованную полосу сальцевского летного поля, коснулся ее колесами, под которыми громко скрипнул снег. Скорость почти мгновенно упала, и я погнал самолет к большому кирпичному ангару, возле которого стоял крытый немецкий грузовичок «Фаномен», работавший почтовым и явно переделанный из санитарной машины. Пропеллер гудел на низких оборотах, сметая с полосы облака мелкого колючего снега.
– Хорошо сел, все в порядке, – послышался в наушниках[7] голос Насти, нахватавшийся помех даже за короткое путешествие по проводам переговорного устройства. – Можешь летать сам.
– Приятно слышать, – вполне честно ответил я.
– Вот и летать будешь с почтой, с завтрашнего дня, – заключила она.
– Это мы всегда пожалуйста."
"Несмотря на дикий холод, в открытой кабине летать мне нравилось. Очень нравилось. Будь бензобак бездонным, так с утра бы взлетал и с закатом сажал машину на аэродром. Точно, пропал во мне какой-то Чкалов. А может, и не пропал, учитывая перспективы долгой-долгой жизни и отсутствие каких других толковых занятий: может, этот самый Чкалов еще расцветет во мне пышным цветом, кто знает!
Остановился самолет почти что рядом с машиной, двигатель немного покрутился и заглох.
– Принимай почту! – крикнул я двум мужикам, топтавшимся у грузовичка и прикрывавшим лица от ветра руками.
Почты было сегодня немного – всего пара свертков килограммов по пять, так что перегрузка много времени не заняла. Один из мужиков, среднего роста, плотный, с седоватой широкой бородой, делавшей его похожим на несколько помолодевшего Деда Мороза, расписался в накладной, а затем передал мне большую перевязанную картонную коробку с уже сальцевской почтой, которую я запихал под сиденье в переднюю кабину.
