Автор
Ночь погружает город во тьму, когда двери кинотеатра начинают медленно открываться, будто устают от своей роли в постоянной битве света и тени. Исторический пистолет "ТТ" не просто оружие, а связующее звено между темными улицами и тайным миром за их дверями. Внутри, каждая деталь приглашает на откровение страшилок и загадок, где реальность сливается со сказкой....
Если чуть последить и потом приехать внаглую, с вышибанием дверей, то проблем увезти нет. Я так думаю.
– Как ты в деревне проследишь?
– В деревне никак – надо в самом Сальцеве, за определенными людьми. Чтобы осложнений не было.
– А кто его прячет? – насторожился он.
– Болотов, похоже.
– Хм… ну ты глянь… – Тенго откровенно удивился. – А их-то что связывать может?
– Думаю, что как раз «мой вопрос», как-то так, – предположил я. – В какой-то форме.
– Ну да, ну да… Надо сильно думать. И надумавши… Дом покажешь?
– Без проблем.
– Без проблем, говоришь…
Задумался он глубоко, очень. Я даже заопасался, что у него сейчас мозги перегреются, но безосновательно: не перегрелись. Он попыхтел, закусив губу, покачался в кресле, поставив его на две ножки, потом принял решение:
– Завтра. Под утро. Едешь?
– Еду. Ты его куда планируешь? В Углегорск?
– Нет, туда пока нельзя, – покачал он головой. – Сюда привезем, если поймаем. Алексино, Алексино… если быстро смыться, то никто и не хватится. А если предъявлять начнут, то… то он наш, и в розыске вообще-то.
Между Углегорском и Сальцевом было некое соглашение, регулирующее статус беглецов. Если город готов был взять на себя ответственность за беглого из другого города, то он уведомлял администрацию того, что человеку присвоен статус резидента и выдано новое удостоверение личности. И тогда беглец уже считался в качестве добычи труднодоступным. А вот если не извещали, то охотиться на такого можно было свободно. И со слов Тенго выходило, что не извещали.
– Сегодня бы неплохо, но утрясти кое-что надо, – добавил он, после чего перевел разговор на другое: – Ну что, дом смотреть поедешь? А?
– Естественно, – поднялся я и потянулся за дубленкой. – Настя у тебя сейчас?
– Или у меня, или у… тебя уже, так правильно, – тоже поднялся он и снял куртку с вешалки. – Пошли.
На выходе он попрощался с секретаршей, а разведбатовцев в приемной уже не было.
– Тенго, не возражаешь, если я доджа придержу немного? – спросил я, когда мы спустились с крыльца. – Поездить надо будет, а так куда незаметней получается.
– Да без проблем, он у меня все равно на посылках катался, так что твой «кюбель» поездит. С утра пришлю кого-то забрать. Годится?
– Вполне.
